Просмотр отдельного сообщения
Старый 04.08.2013, 17:15   #34407 (permalink)
InnishFri
Гномья мать
 
Аватар для InnishFri
 
Регистрация: 03.05.2013
Адрес: Остров на озере
Сообщений: 3,912
Цитата:
Сообщение от йодо брегович Посмотреть сообщение
А мне приснилось продолжение Таблетки №3 с "моим" Филиппом Дюррантом. Прям настоящая история, но боюсь, я не смогу на высоком художественном уровне изложить.
А можно на любом уровне изложить? Мне же страшно интересно! Вдруг продолжение получится? И вообще - как-то мы упустили из виду, надо бы проследить за судьбами наших питомцев

---------- Сообщение добавлено в 17:15 ---------- Предыдущее сообщение было в 16:24 ----------

Что-то тихо у нас... давайте сказку почитаем, что ли...

Сэр Гай Гизборн, глава очередная.



Сэр Гай Гизборн снова проснулся посреди ночи. Сердце стучало, будто рвалось из груди. Да кому ты нужно, подлое сердце, пропади ты пропадом, уйди и не возвращайся! Одни мучения от тебя. Сначала ты прирастаешь к людям, которых уже нет и никогда больше не будет, а потом мучишь воспоминаниями. Вон принц Джон, простите - Иоанн: сколько людей умерло по его вине, и никаких угрызений совести. Потому что наследник короля Ричарда не только Безземельный (как его метко окрестили недруги), но еще и бессердечный. И бессовестный. Уж Гизборну-то это было доподлинно известно.
Судя по тому, что сэр Гай спал плохо, совесть у него была. После своего чудесного спасения из Ноттингема Гизборн уединился у себя в Локсли и стал еще более мрачным, но от крестьян отстал, позволив им хозяйствовать по-своему, и почти не интересовался сбором податей. Конечно, новый шериф, приехавший из Лондона, молодой и амбициозный, по-прежнему драл с лордов по три шкуры, но Гизборна не трогал. Гизборна теперь вообще никто не трогал.
Вернувшись из монастыря в свое поместье, сэр Гай первым делом отправил письмо в Лондон, королю. Ричард Львиное сердце вновь восседал на троне, правда, ненадолго — все это знали — он собирался в новый поход, на этот раз во Францию, а бразды правления снова передавал в руки своего брата и наследника Иоанна. В письме излагались подробности битвы за замок Ноттингем и участия в ней благородного лорда Роберта Хантингдона, бывшего предводителя шайки разбойников, получившей прощение из уст самого короля. И хотя там не говорилось ни слова о роли самого сэра Гая в этой битве, но Его величество все понял правильно. Из Лондона в Локсли прибыл доверенный посланник и привез Гизборну награду за верность королю и предложение вновь занять место шерифа Ноттингемского и заняться восстановлением замка. Сэр Гай от такой чести отказался, сославшись на состояние здоровья, но деньги взял, подтвердив посланнику короны, что с разбойничьей шайкой в этих краях покончено навсегда.
Король вновь уехал, а вскоре страна погрузилась в траур: из Франции пришло известие о его смерти. Великий завоеватель наконец-то обрел покой, и его смерть усадила на трон его младшего брата. Принц Джон получил корону и нищую, разоренную страну, но это нисколько не омрачило его радости: о пышных празднествах по поводу коронации вспоминали еще много лет.
Сэр Гай при всех этих судьбоносных событиях совершенно ушел в тень. Слуги понемногу привыкли к его постоянной мрачности, изучили привычки и жизнь вошла в привычную колею. Конечно, с хозяином приключались время от времени вспышки ярости, когда он швырялся стульями и крушил мебель, но слуги в такие моменты даже сочувствовали ему, на всякий случай прячась подальше и стараясь не попасться на глаза. Лишь верный Алан э Дейл, старый друг и оруженосец, мог входить к нему в такие минуты без страха. Горничные рассказывали, что ночью хозяин стонет, мечется и зовет по именам людей, которых давно уже нет на этом свете. Девушки горестно качали головами и старались днем угодить хозяину, чем можно, тем более, что ночью он их больше не звал. Ну, почти...
Уединенная жизнь владельца Локсли вызывала множество слухов и предположений. Поначалу крестьяне решили, что хозяин собирается уйти в монастырь. Ведь именно после того, как монахи почти полгода выхаживали его у себя в лазарете, характер сэра Гая стал меняться. Но никто не заметил, чтобы он стал ходить в церковь чаще, чем раньше — лишь по большим праздникам, а перешептывания раскрасневшихся горничных и деревенских девушек убеждали, что об аскетизме речь точно не идет.
Некоторые шептались, что лорд Гизборн немного повредился в уме. Что ж, такое мнение было более обоснованным: человек потерял многое и сам едва спасся от смерти. Несколько раз видели его скачущим во весь опор в сторону разрушенного поместья Найтон. К этой обгоревшей башне никто не приближался из суеверия — слишком много слухов ходило о ней. Но сэра Гая это, похоже, не пугало. Пастухи говорили, что он часто бродит среди руин в полном одиночестве. Возвращаясь домой, Гай запирался у себя и не желал никого видеть, а неосторожно сунувшийся к нему слуга рисковал здоровьем — хозяин в гневе был так же страшен, как и раньше.
Люди с самой богатой фантазией убеждали, что хозяина подменили лесные эльфы. Будто бы такое иногда случалось: вместо живого человека в дом вселялся эльфийский морок. Подменыш вел себя странно, с людьми не знался, ничего не ел, и в конце концов исчезал, растворяясь в воздухе. Верить россказням или нет, каждый решал сам, но как бы там ни было, при «новом» Гае всем жилось легче. А растворится он в воздухе или нет — там видно будет...
Сэр Гай пребывал в абсолютном неведении относительно того, что о нем судачат в доме и в деревне. После своего исцеления он приобрел неожиданную невосприимчивость к слухам. Его жизнь больше не имела ценности, не представляла интереса для него самого, поэтому он начисто лишился былого тщеславия. Бороться было не с кем — Вейзи и Изабелла Торнтон были погребены под развалинами замка, а разбойники, действительно, покинули окрестности Ноттингема.
После того, как замок Ноттингем был разрушен и мятежники погибли под его обломками, прошло три года. Сэр Гай скакал вдоль кромки леса и наслаждался тишиной и редкими минутами покоя. С холмов ветер доносил волнами запах цветущего вереска, и в ветре чудилась, угадывалась его лиловость, серый гранит валунов и сухость рыжей земли. Мелкие облака быстро неслись по небу, и Гай скакал наперегонки с ними, просто потому, что было лето, и он был полон сил, и хорошо спал в эту ночь.
Около реки конь медленно перешел на шаг. Не торопясь, лорд Гизборн ехал в Локсли, к себе домой, и никто больше не оспаривал его права владеть поместьем. Из-под копыт коня взлетали стайки маленьких белых бабочек. Гаю неожиданно вспомнились далекие-далекие безмятежные дни, когда однажды он шел по этой же тропинке. Он вспомнил, что было очень жарко, он полез купаться, а потом уснул в траве у реки. Тогда тоже стояло лето, и он был совсем еще молод, и вообще никогда не видел снов. Но в тот раз, у реки, ему почему-то привиделись в полудреме внимательные серые глаза, восхищенно смотрящие на него. Гаю мучительно захотелось, чтобы кто-то, хоть кто-нибудь, однажды посмотрел на него так наяву. Тоскливо заныло сердце от несбыточности этого желания, и сэр Гай, пришпорив коня, снова помчался вперед, обгоняя облака.
__________________
"Любовь - это просто такая магия,
А не то, что вы называете химией..." (Елена_я)


And as my Twitter feed is ‘my bar’ you have to play by my rules if you don’t like it, you are free to go elsewhere. I’d happily have no followers at all than nasty abusive ones. R.C.Armitage
InnishFri вне форума   Ответить с цитированием