Просмотр отдельного сообщения
Старый 13.05.2009, 21:09   #29 (permalink)
Live (Evil)
Зарегистрированный пользователь
 
Регистрация: 13.07.2004
Адрес: Таганрог
Сообщений: 1,436
И в начале веселого месяце лотессе* они вышли в путь. Идти решили пешком – нужды в спешке не было, а если есть лембас в дорожной сумке, вода в реке, звезды над головой и друг рядом – усталости эльфы не ведают.

Друзья держались течения Сириона, стараясь не слишком уходить в сторону. Сначала шли они по тесному Ущелью Сириона, меж двух неприступных горных стен – справа возвышались Эред-Вэтрин, слева – горы, ограждающие с запада нагорье Дортонион, у коих еще не было названия. Но вскоре горы закончились и суровый северный пейзаж сменился более мягким, а мрачные еловые и сосновые леса – веселыми буками и ясенями. Вскоре должны были начаться владения короля Элу Тингола.

-Инголдо, а ведь король Тингол не разрешает никому кроме вас, детей Арафинвэ, проходить Завесу владычицы Мэлиан. Как же я миную его владения?

-Турьо, не беспокойся – Завеса ограждает лишь Нэльдорет и Рэгион, а мы пойдем по лесу Бретиль, что на западном берегу Великой Реки. Здесь никто не будет нам препятствовать. – Финрод вздохнул. – Я бы хотел, чтобы и ты увидел прекрасный Дориат и чудеса Менегрота – но король упрям и почему-то не доверяет никому из нолдор, кроме нас, своих родичей. Странно это – ведь некогда был он другом нашего пращура Финвэ. Как будто он уже что-то знает… или догадывается. И хотя ни мы, ни король Финголфин не участвовали в Убийстве Родичей – но до сих пор чувствую я вину за то, что собирались мы воспользоваться плодами злого дела и уплыть на кораблях…

-Но если бы мы плыли на кораблях… - Тургон не закончил фразу, но Финрод сразу понял, о чем хотел сказать его друг.

- Быть может и нет, Турьо. Многие корабли утонули в слезах владычицы Уйнэн…

И воистину, никто не стал мешать путешественникам, когда шли они по лесу Бретиль. Стражи короля Тингола приветливо встретили их, радуясь возможности поговорить с эльдар Валинора, и долго расспрашивали путников о Благословенном Королевстве Валар…

Пройдя через темный лес Бретиль, друзья вышли к Умбот-Муилин, Полусветным Озерам, что звались так из-за постоянных туманов. Сирион здесь делился на множество рукавов, замедлив свой бег, а почва стала болотистой. Трудно было идти по ней, хотя эльфы легки на ногу. Поэтому путешественники постарались обойти болота по краю, не забираясь в камышовые заросли.

Впереди же глазам их предстала цепь невысоких холмов. Прошло три недели со времени их выхода в путь и назад предстояло идти столько же. Увы, уже не были братья беззаботными внуками великого владыки, не отвечающими ни за кого, кроме самих себя. Позади ждали их младшие родичи и те, кто принял их владычество, поэтому не следовало им задерживаться долго в странствиях.

- Что же, Инголдо, повернем назад? Уже мы долго в пути, а быть может, наши владения требуют неотложной заботы, – спросил Тургон у жадно вглядывающегося в горизонт Финрода.

-Пожалуй, что пора и возвращаться, - с неохотой признал Финрод. – Но все же, давай переберемся через эти холмы и посмотрим, что в тех землях, а тогда уж можно и идти назад…
Ах, как хочется мне дойти до самого устья этой реки, увидеть куда она впадает!

- В Море… - И вновь в голосе Тургона прозвучала глухая тоска.

Чудесное и грозное зрелище предстало их глазам, когда подошли они вновь к Сириону. Его воды срывались вниз могучим водопадом, а затем внезапно ныряли под землю в широкий туннель. У Финрода загорелись глаза.

- Я не вернусь обратно, пока не узнаю, где река вновь выходит на поверхность!

Тургона тоже увлекла эта загадка и он согласился, что не след возвращаться, пока они не разгадают ее. Однако, недолго пришлось им искать ответ. Всего лишь тремя лигами южнее Сирион вновь выходил на поверхность с великим шумом и водяными брызгами через каменную арку у подножия холмов и дальше бежал на свободе.

Пройдя еще несколько лиг на юг, друзья устроились ночевать на берегу могучей реки. Завтра предстояло им возвращаться обратно, к своим крепостям и народам. Беззаботная сказка кончалась, но они сами променяли покой Валинора на трудную жизнь Срединных Земель…

Вечером братья долго молчали, сидя на крутом берегу реки, то вглядываясь в ее темные воды, то поднимая глаза к звездному небу. Сегодня Рана, небесный бродяга, не появлялся на небе и звезды одни освещали прекрасный Белерианд. Лишь немолчный шум реки нарушал ночную тишину. Наконец, Тургон заговорил:

- Спой мне о Тирионе, брат.

- Тоскуешь? Стоит ли растравлять свою рану? Посмотри, как прекрасен Белерианд!

- Но сердце мое осталось в Тирионе Белокаменном… В твоей песне я вновь увижу его!

Финроду оставалось только согласиться. Он запел одну из песен собственного сочинения, где говорилось о Тирионе, городе нолдор на вершине зеленой Туны. Свет Лаурэлин отражался в хрустальных лестницах прекрасного города, Тельперион мягко освещал его белые стены. Мраморные статуи и чудесные фрески украшали город мастеров. Колокольчики звенели на ветру в городе поэтов. Высокие башни тянулись к небу в городе тех, кто никогда не забывал про свет звезд…

Окончив песню, Финрод взглянул в лицо друга и увидел на его глазах слезы. Он молчал, зная, что утешить Тургона сейчас невозможно, но друг сам начал разговор.

- Скажи мне, Инголдо, скажи, как ты можешь?...

- Могу что? – осторожно переспросил Финрод.

- Как ты можешь спокойно говорить с этими … убийцами и предателями? Веселиться с ними? Ездить на охоту?

- Рознь исцелена, Турьо. Исцелена славным подвигом твоего брата.

Внезапно Тургон сорвался на крик:

-Да, к этому предателю прилетел орел Манвэ, а где были его орлы, когда моя жена и дочь тонули в ледяном море? Где были милостивые Валар? Где был владыка Ульмо? Где? Где?

Финроду показалось, что при этих словах голос реки внизу изменился, стал звучать громче и более … грозно? Но через мгновение все стихло. Он тряхнул головой, отгоняя наваждение.

- А где были мы, когда Валар предостерегали нас от этого похода? – тихо произнес Финрод. Он помолчал, затем заговорил снова:

- Этот орел спас не только… предателя, но и всех нас. Что было бы, схватись мы тогда с воинством сыновей Фэанора? Одно Братоубийство принесло нам проклятие, неужели ты думаешь, что второе смыло бы его?

- Я… Голос Тургона звучал теперь глухо. –Нет, я не думаю так. Но все же… все же легко говорить о милосердии, если ни один твой родич не погиб в этом ужасном походе!

- Ты что же – упрекаешь меня в этом? И … разве легче переживать смерти друзей? Сколько тех, кого я знал с самого детства, нашли смерть во льдах?!

Финрод осекся, заметив, что почти кричит на друга. Он примирительно дотронулся до руки Тургона.

- Я не могу упрекать тебя, Турьо. Но путь ненависти приведет лишь ко злу. Проклятие будет питаться нашей ненавистью, страхом, ложью, гордыней – и погубит нас всех. Нельзя поддаваться ему.

- Ты благороден, Арато. А я… не могу простить. Но все же я благодарю судьбу, что второго братоубийства не было. Ты прав, это принесло бы лишь новые беды.

- А эльфам не суждено окончательно умереть. Возможно, Эленвэ уже гуляет по Валимару Многозвонному…

- Ты думаешь, Валар простили ее?

- В чем она виновата? Она последовала в Исход лишь из любви к тебе и никому не принесла вреда.

- Не скажу, что мне не приходила в голову такая мысль… Но все же – слишком твердо говорил Мандос о том, что нам не вернуться. Я боюсь, что не дозволено нам будет умерев, возродиться…

Финрод молчал, ибо не было у него ответа, и не мог он говорить с уверенностью о том, что решат Манвэ и Мандос. Он мог лишь надеяться на их милость.

Наутро Финрод обратил внимание, что друг его хмур и непокоен, но решил, что это следствие вчерашних грустных мыслей. Самому же ему ночью снилось что-то странное, беспокоящее разум и бередящее душу. Однако непокой этот не был следствием старых обид и печалей, а предвещал новые… Но сны были так смутны, что сын Арафинвэ решил ничего не говорить другу, дабы не бередить его раны.

***

Фелагунд провел рукой по каменной резьбе, украшавшей одну из колонн Нарготронда. Вот он и остался один: сначала ушла любимая сестра, потом братья отправились в новые владения, затем исчез луший друг… Никто не ведал, куда ушли Тургон и его народ, Финрод лишь знал, что его брат жив. Говорили, что они сокрылись на юге, и часто Владыка Пещер отправлялся странствовать в Оссирианд, лелея в душе тайную мечту узнать что-то о Тургоне. Но ничего не ведали о нем ни лесные эльфы, ни подгорные гномы… Финрод тряхнул головой, отгоняя грустные мысли – не пристало ему жаловаться, он живет в любимом городе, а верный народ никогда не покинет его.

* Лотессе – май.
__________________
Вставая на защиту добра помни, что добро главнее, чем защита (с) Олди
Live (Evil) вне форума   Ответить с цитированием