Ослепительная вспышка инобытия

Автор(ы): Sephirothe

Написано: 11.11.2003

«Остановись мгновенье – ты прекрасно! И душу в Ад…»

«…спустился с Керин-Эмрос.
Спустился, чтобы живым сюда уже не вернуться.»
«Властелин колец», глава «Лотлориэн»

Не вернуться. К чему это я? К тому, что это больше не повторится. Больше никогда я не буду с тем чувством трепетного ожидания и новизны, затаив дыхание, смотреть этот фильм. И к тому, что каждый раз, перечитывая «Властелин колец», я пропускаю последний абзац «Лотлориэна»: это невыносимо прекрасные и слишком горькие ощущения. Именно на этих словах для меня ожило Средиземье, вышло за пределы книжных страниц.
Точно также, пробивающиеся из толщи гор слова, стремительный полет сквозь тьму и огонь, позволили Средиземью обрести плоть и кровь, облекли слова и мысли в образы. Не могу сказать, что «Братство кольца» осталось для меня просто иллюстрацией, нет – но там для меня воплотились люди, в «Двух крепостях» — сама Арда.

Перед походом в кино я старательно избегала всех спойлеров, поэтому многое стало неожиданностью. И пусть меня пуристы обвинят в ереси, почти все – приятной неожиданностью. Это мое Средиземье: как виделось и мечталось, как хотелось.
Как старательный человек, я после просмотра фильма перечитала все доступные спойлеры и рецензии: отступления от Книги, извратился смысл, это не то Средиземье, короче, «ПиДжей не прав». Нельзя бусинки-слова превратить многоцветный гобелен. Повествование и изображение – разные вещи. Меня, опять таки, заклюют пуристы, Бомбадила в первой части нет — так ему и пусть. И во второй: Эомер «подсидел» Эркенбранда, а эльфы и Хуорнов, и Серую дружину одновременно, но!.. то, что в итоге вышло – того стоило.

«Левая грудь Арвен, левая грудь Арвен… А что, у Профессора где-нибудь сказано,
что у эльфиек нет грудей?»

Пусть меня обвинят в излишней и несовременной целомудренности, но я не усмотрела в «беседочных» сценах с Арвен и Арагорном чего-то излишне плотского и несообразного. Местами, даже наоборот: все слишком спокойно, без того телесного, что всегда сопровождает людскую любовь. А Эовин, скользившая призраком по страницам Книги, душа, полностью вложившаяся в поединок с Ангмарцем, в фильме стала Женщиной, дочерью королей.

«Мы решили, что вы не похожи на орков. Теперь мы обсуждаем: чем не похожи…»

Признаться, за энтов я опасалась больше всего: напряженно вглядывалась в лес Фангорн, боясь различить там резиновый пенек на ножках, а не древнее и мудрое существо, Пастыря Дерев – и восторженно взвизгнула, увидев «моего» Фангорна. Лес Фангорн, сам Древобород, энты (похожие друг на друга и совсем разные, ну… как деревья:) ) – спасибо всем, кто работал над фильмом, а ПиДжею – отдельный восторженный поцелуй. Разорение Изенгарда, в Книге изложенное через призму видения хоббитов, в фильме просто потрясает (и музыка, музыка!): полная тишина в зале, единственный испуганный вскрик: «Мамочки, он горит, потушите его!» Руки трясутся даже сейчас, только от воспоминаний.

«Все умирают одинаково… Без смысла, без героизма… Только боль и грязь.»

Хельмова Падь, гроза из Мордора, ущелье, запруженное факелами. Все это было. И была Смерть: людей, эльфов и… надежды.

Эльфы, падающие со стены на копья, люди, взлетающие в воздух вместе с огромными каменными блоками Стены; Халдир, видевший перед смертью не звезды, а мертвые лица друзей… И Теодред… «Не должно старикам хоронить своих детей!» — самый хватающий за душу, для меня, момент.
Ну, где, где — среди всей этой боли, крови, грязи и безнадежности – тупая героическая голливудщина, где многословные предсмертные речи и т.п. Смерть здесь страшна и замораживающее-отвратительна. Это война.

«Нааааазгул!» – и табличка на стене в Осгилиате: «Эта сторона улицы более опасна
при назгул-обстреле»…»

«Фарамир – не тот!» — самый, наверное, частый рефрен посмотревших. Вроде бы – не тот… В действительности тот, именно тот. Не «бледная тень брата», не «воин с холодными глазами», нет. Сбивает с толку быстрота принимаемых решений, привод хоббитов в Осгилиат. Но нет. Фарамир не военная машина, он умеет слушать и слышать, сопоставлять и, что самое важное понимать и сопереживать. Исчезла его кристальная правильность (как в Книге) – и младший сын Наместника ожил. Фарамир переходит от одной ступени к другой – и побеждает: сперва хоббиты для него – шпионы, что-то скрывающие, затем — спутники брата, опять же, непонятного свойства; Голлум – и понимание того, ЧТО несут хоббиты – искушение Кольцом («любит» оно людей, хочет попасть им в руки; пусть меня пуристы запинают ногами, но, на мой незатейливый вкус, искушение Фарамира было и в книге: «…между мной и Кольцом Всевластья всего-навсего два беспомощных малыша. Неслыханная удача! Воистину, Фарамиру, полководцу Гондора, и впрямь выдался случай показать, что он за человек!»). Поход в Осгилиат – ведь Фарамир не хоббитов потащил в Гондор, он САМ туда пошел, под давлением обстоятельств – кругом война: решение, что делать с хоббитами и кольцом не может быть простым и легким. И Фарамир принимает невозможное, но единственное решение. Это «мой» Фарамир.

«Когда я прошлый раз при назгуле Кольцо одевал: очнулся кругом эльфы… Может и в этот раз получится?»

При виде хоббитов сердце у меня не вздрагивает, коленки не ослабевают… не поклонница, короче. И этот Фродо… не «мой» это Фродо, лучше помолчу. И про Мэри с Пиппином тоже… помолчу. А вот Сэм – Сэм очень хорош: в меру прост, в меру ревнив, безусловно предан, очень честный, очень открытый.
Голлум!!! Три восклицательных знака!!! И еще три!!!
(Маленькая сноска: все сказанное про хоббитов – бурно колосящаяся ИМХА, мое мнение предвзято.)

«Остановись мгновенье – ты прекрасно! И душу в Ад…»

В фильме есть то, что заставляет действие выйти за пределы экрана, разлиться из долби-сюрраундных колонок: МУЗЫКА!!! (флер сказки над реальным Средиземьем), сорванный флаг Рохана, упавший под ноги арагорнову коню, туман Фангорна, звездный блеск пещер Агларонда, след на земле от створов Черных Врат, паутина трещин, бегущих по камням из-под пальцев энтов, зрачки Голлума… те сотни черточек, все то… нет слов.
То, чего я ждала: «Forth, Eorlingas!», рассвет, рог Хельма… И даже больше: «Песня Голлума»…
Все.
Вход в Средиземье – это не место. Надо лишь закрыть глаза – и оказаться там.

(Обсуждение статьи здесь)

Добавить комментарий