- Можешь не волноваться, мы даже почти опаздываем.
Лицо девушки посуровело, в глазах появился испуг.
- Если серьезно, нам даже лучше срезать несколько миров. Митхри от сюда очень далеко. Надеюсь, противопоказаний к путешествию между мирами у тебя нет?
Вельвина прошлась вокруг Ниты и встала чуть в стороне. Было слышно, что она что-то шепчет.
- Да, кстати. Кто-нибудь еще хочет прогуляться с нами?

На словах "противопоказания к путешествиям между мирами" Нита снова нахмурилась, снова пытаясь что-то вспомнить. И опять тряхнула головой.
- Нет, разумеется. Мне один знакомый колдун даже сказал, что мое тело как будто специально создавали для подобных путешествий... Да, Виана, Линда, вы пойдете с нами? Решайте быстрее. Кажется, мы действительно опаздываем - что-то тревожно на сердце.

Веля повернулась и вплотную подошла к Ните. Она увидела ее мысли, видела, что девушка пытается что-то вспомнить. Вельвина заглянула спутнице в глаза. Перед глазами начали мелькать картинки, которые она не могла разобрать, как не пыталась. Это продолжалось всего несколько секунд, но за это время девушка успела ощутить нестирпимую боль, злобу, жалость, грусть, страх...она резко отвернулась от Ниты и зажмурилась.
- Ло... - произнесла она так тихо, что сама едва раслышала свои слова.

Нита смотрела Вельвине в спину, широко раскрыв глаза. Ее била дрожь. Ло - это имя она вспомнила, когда парила над самой собой в круге камней. Чье оно? Неужели ее? оно казалось знакомым слуху, как рука наощупь узнает рукоять "родного" меча. Имя, которое она считала своим - Нита - неприятно царапало слух. Ло. Она схватила Вельвину за плечо.
- Чье это имя? Откуда оно? Ты прочитала его в моей памяти? Почему я ничего не помню?

Девушка долго не отвечала, наблюдая за последним лучиком солнца, уходящим за горизонт. Она любила закаты. Это всегда успокаивает. Это как конец чего-то. Конец дня, конец суеты, конец волнений. Возможность передохнуть от пережитого. А еще это надежда на новый рассвет. А зановым рассветом - новый день, новая жизнь. И всегда надежда на лучшее. На то, что с новым днем уладятся все проблемы прошлого дня. Что все будет хорошо и ясно, как рассвет. Вельвине всегда казалось, что ночь очищает. Днем города пропитываются пытью и потом, склоками, раздражением, болью, ненавистью, проблемами. А с закатом все затихает. И город может вздохнуть спокойно. За ночь он успокаивается, очищает себя от всей этой грязи... И рассвет потому так прекрасен и легок, потому что приходит в чистый город. А днем все повторяется снова. Только вот, кажется, ночь уже почти утратила свое свойство "очищать". Для многих ночь - тоже время для "грязи". Городу не дают отдохнуть, рассвет встает тяжелее и печальнее. А потом мы только ругаемся, что день "тяжелый". Сами виноваты. Глупо. Но время идет вперед, уже ничего не исправить. Кажется, уже никогда не будет как раньше. Только в некоторых уголках мира еще есть спокойная очищающая ночь и радостный легкий рассвет. И живущие там счастливы. Только где эти уголки мира?
Веля вздохнула, оторвавшись от размышлений и тихо проговорила:
- Это имя не из твоей памяти, а из моей.

Нита смотрела в глаза Вельвины, которые казались сейчас фиолетовыми из-за странного смешения голубизны и алых красок заката, и чувствовала ее усталость, тоску и боль, как свою. Для некоторых вещей даже не нужно быть эмпатом. К сопереживанию примешивалась зависть: Нита уже не умела чувствовать так, как Вел. И никогда не вспомнит, как это делается... ее жизнь была бесконечной дорогой, она странствовала так долго, что все ее чувства и мысли сменились серебристым холодным ветром, который уносил прочь всю яркость окружавших ее миров, так, что она не касалась ее сердца. Нита не умела любить и ненавидеть, бояться и страдать. Нет, умела. Но это было как бы "понарошку" - словно смотришь на все вокруг сквозь пыльное стекло или играешь роль другого человека. Это как маска и живое лицо. Маска, сделанная искусно, кажется настоящей до тех пор, пока не сравнишь ее с лицом настоящего, живого человека. Нита смотрела на Вельвину и чувствовала, как сворачивается черным комом боли сердце, чувствовала, как жжет изнутри глаза, и понимала, что не сможет даже заплакать. Разучилась. От физической боли - да, могла. А от зависти... нет. Зависти маски к живому человеку...
А потом ее лица коснулся прохладный ветер, и она снова встряхнула головой, который раз за вечер, и разжала пальцы, впившиеся в плечо Вельвины. Синяки могут быть...
- Не важно, откуда оно, - сказала она мягко. - Я его тоже знаю. Откуда-то. Вспомнила, когда летала над камнями. Потом поговорим об этом еще. Ты эмпат, ты можешь... читать память. Помоги мне вспомнить то, что я забыла... А сейчас нам пора, наверное?

Вел улыбнулась и посмотрела на Ниту. Но уже совсем по-другому. Это была добрая улыбка, словно она встретила близкого, давно потерянного человека. На секунду Нита могла увидеть, как глаза девушки заблестели, словно она собралась плакать.
"Она тоже не умеет плакать. Как и я...или мы этого просто не хотим?"
Вельвина чуть отдалилась и покачала головой.
- Я не так много могу, как ты думаешь. Я могу понимать мысли и чувства, а не читать их. Это приходит ко мне, как видение, быстрыми картинками, которые мне едва удается распознать. Не знаю, смогу ли я объяснить тебе, что видела в твоем подсознании..
Мысленно она отругала себя за ложь. Конечно, Веля могла увидеть ее мысли довольно четко, чтобы рассказать. "Я просто не имею права. Если ей суждено было забыть, значит так оно и надо. А я....зря я вспомнила. Мне тоже было суждено забыть. Как бы я хотела снова забыть."
Девушка больше не могла себя сдерживать и воспоминания полились в ее сознание рекой. Все так четко и ясно, словно она и не забывала...словно это было вчера...На какое-то мнгновение Вельвина рванулась в сторону Ниты, чтобы все ей рассказать, но остановилась. "Слабая. Ты не можешь так поступить! Ты не имеешь права ломать ей жизнь из-за своей слабости. Прекрати это и забудь!" Веля с сожалением перекрыла поток воспоминаний и мотнула головой. Ее взгляд снова стал холодным, только где-то на дне можно было разглядеть частички нестерпимой боли и грусти.
- Да, нам пора. Солнце уже зашло за горизонт - самое время.

- Ну так веди меня, - пожала плечами Нита. - Я же не знаю дороги...
Она поймала улыбку Вел и вернула ее - как зеркало. Зеркало. Снова за этим словом смутное воспоминание, но сегодня она болбше не будет пытаться что-то вспомнить. Это лишает ее покоя, а что такое наемный убийца с трясущимися руками? Это не убийца, это уже будущая жертва убийцы...
Она повернулась к Виане и Линде. Неведомый страх подгонял ее, как плетью, самым обычным и весьма чувствующимся колотьем между лопаток, даже зубы стучали и ныло тело, которому не терпелось пуститься в путь.
- Ну вот что. Я не могу больше терпеть, честно. Пока вы здесь решите, идти с нами или нет, мы пойдем. Догоните нас, хорошо? Можете, правда, потерять след, обычного чутья здесь недостаточно... - Она сдвинула брови, потом вытащила из-за голенища кинжал, грубо отрезала прядь своих серебристых волос и подала Виане. - Вот. С этим вы сможете нас догнать, по крайней мере меня.
Она взглянула на Виану и неожиданно для себя самой вздрогнула. Ей показалось, что глаза спутницы очень похожи на ее собственные - равнодушные, безжалостные и очень, очень темные. "Неужели у меня такой же тяжелый взгляд? Жаль будет, если они решат не идти за нами...". С этой мыслью она отвернулась от них, подошла к Вельвине и выжидающе посмотрела на нее - она не умела долго прощаться.

Линда стояла и мучительно тёрла виски. ЧТо лучше? ВИдящая её насквозь ВЕл или презрительная Ви? Линда посмотрела на Найю. ВОлчица осторожно махнула крылом в сторону севшего солнца, и Линда, не выдержав, воскликнула:
- Погоди! Я... с тобой...

//Конечно, это мой стиль. Герои-то все, придуманные мной: Арлами, Нимфея, Виана, парень, проморгавший меч, Фаэркуаннон, Аграва. Вам, кстати, предлагаю нарисовать своих. Или своего//
Виана уже давно не слушала их. Она стояла на коленях, отыскивая в мелком, посеребренном вечером песке мелкие камушки, отколовшиеся в свое время от больших. И тут ее будто пыльным мешком из-за угла прихлопнули. Наверное чувства после колдовства висячих камней обострились, и та часть сознания, неразрывно связанная с изнанкой мира вдруг у в и д е л а. Виана, пользуясь тем, что только что завернула за Большой Камень, быстро чиркнула маленькую подковку на песке и быстро, чтоб не нарваться на кое-кого, запертого там совсем недавно, заглянула в душную, мельтешащую изнанку, путающую запахи со звуками. Вернувшись, выглянула из-за валуна. Спутницы все еще обсуждали свой душегубский поход. Нет, если бы они увидели… Если такое… Она напряглась. Нет, здесь даже и следа не было от увиденного на изнанке.
- Ты видишь? – шепотом спросила она у Большого. – Ну… призрака.
- Нет. – Тихо отозвался камень под пальцами. - А что я должен видеть?
Бывшая фея не ответила. А в голове так и стояло, не желая исчезать. Наполовину угасший, истлевший дух девчонки, которая остановила свое сердце с именем любимого на устах, метался возле них. «Не ходите! Там беда! В а м туда нельзя!» Уходи Нимфея, произнесла она одними губами. Тебе самой станет легче. Все феи, даже те, что отступились, бесследно исчезают после смерти. Растворяясь в абсолютном Ничто. Эта почему-то не могла. Страдание, неприкаянность и страх свисали с духа, как лохмотья содранной кожи. Виана снова умышленно вызвала отвратительное видение, мысленно посылая его уходящей Вельвы, но… Кажется, эмпатия действует не на всех уровнях… Пакость не вышла. Виана вздохнула. Очень жаль.
- Ну что ж, красавицы, я очень рада, что теперь вам есть куда идти. – Она обернулась к Илозе, все это время стоявшем рядом. – Ты, парнишка, думаю, тоже хочешь пойти с матерью. А мне не все равно, кого лишать жизни. Тем более, что я уже давным-давно зареклась убивать. Так что пойду-ка я уж лучше шить подвенечные платья принцессам и обтесывать камни для э-э-э… волшебных построек. Прощайте, девушки, до свиданья, милые.
С этими словами Виана похлопала Большой Камень по теплому боку, и зашагала в сторону гор своей прыгающей походкой, так непохожей на кошачьи повадки дочерей Ночи. Захотелось петь, но тут свежее воспоминание звездануло ей прямо по лбу. Она развернулась на пятках и крикнула:
- Берегитесь! Там не будет удачи! Я видела Нимфею! Она…
Ветер швырнул ей в лицо ее слова, сдобрив хорошей пригоршней песка.

Линда резко обернулась и прямо глянула на закашлявшуюся песком Ви.
- Удача давно оставила меня. - Вздохнула она.
- Но о чём ты? Какая Нимфея?
Таким же внезапным порывом ей захотелось остаться. Небеса, в ней слишком много порывов! Не может же она разорваться! Чёрт возьми... Линда остановилась. Что ж поделать... да и навряд ли, если она пойдёт с Вельвиной у неё появится шанс вернуть его....
//ага, обизательно нарисую. Чуток попозже//

- Ты видела, как мы с сестрами пришли ее наказывать. Но не успели. Или не сумели... Не все ли равно? Когда человек возвращается с того света, да еще и из последних своих призрачных сил вопит, пытаясь остановить, стоит к нему прислушаться. - Виана пожала плечами. - Одним словом, прощайте.

- Как знаешь. - ПОжала плечами Линда. - Я сама, по сути, выхоодец с того света.
Она молча оглянулась. Стоит или не стоит идти? Найя снова внимательно посмторела на Линду.
- Иди за солнцем, родное сердце! - Ласково проурчала волчица.
Линда мрачно глянула на солнце. А может, всё-же надежда для неё есть?

//ээ...я вообще-то никуда не двигаюсь и вообще нахожусь в полузабытье...//
Вельвина поняла, что с ней собралась идти еще и Линда. "Пусть идет, для нее это лучшее..." Девушка тяжело вздохнула и прошептала несколько слов. Перед глазами Ниты все замелькало и закрутилось. Звуки стихли, все чувства на секунды словно отказали.
То же самое должно было произойти с Линдой, но Веля почувствовала ее нерешимость. Пред девушкой и волчицей появилась маленькая мерцающая звездочка. "Если хотите идти с нами, коснитесь ее рукой. У вас пять минут на раздумья, после портал исчезнет" - мысленно передала Веля Линде и отправилась следом за Нитой.
Девушки исчезли с глаз своих путниц. А через несколько секунд они оказались на зеленой поляне, усеянной различными цветами. Вокруг было слышно пение птиц, а где-то недалеко журчание ручейка.
Вельвина открыла глаза и улыбнулась.
- Мы на месте.

Пели птицы. Линда почувствовала мимолётный провал, но тут же она пишла в себя. Найя осторожно подтолкнула Линду, и она прошла дальше, чувствуя, что ей очень нехорошо. Она не спала третью ночь и чувствовала себя на редкость отвратно. Да тут ещё такое... она была здесь!! Она здесь была, это как картинка из её детства... сказка...
- Найя... что за чёрт... Зачем мы здесь?! Было такое же лето!
Линда вдруг заплакала.

Когда перед мир закружился перед глазами Ниты, рассыпаясь ворохом цветных пятен, она поняла, что Вельвина открыла портал или, как привыкла говорить Нита, Дверь между мирами. На долю секунды ей даже удалось увидеть эту Дверь - будто наклеенный на ткань реальности прямоугольник абсолютной тьмы, темноты, в которой не было ничего. Вернее, это весь окружающий мир был наклеен на эту тьму - Нита знала это всегда, но только сейчас потрудилась сформулировать это знание словами... На долю секунды, пока она видела Дверь и могла принять осознанное решение, не зависящее от воли медиума - Вельвины - Ните стало страшно, так страшно, как не было никогда в жизни. Из открытой Двери тянуло холодом неизвестности, жутким и притягательным одновременно. "Я заходила в эту Дверь много раз... Она узнает меня", - сказал рядом чей-то голос, и она поняла, что он ее собственный.
Затем ее тело, которое тащило к Двери в разноцветной круговерти какая-то неодолимая сила, соприкоснулось с тьмой, Нита содрогнулась от пронзившей все тело иглы смертельного холода - поняла, что стоит на твердой земле, зажмурив глаза так, что векам стало больно. Где-то между зрачком и кожей век еще остались клочки той темноты, контрабандой пронесенные через изнанку мира. Она осторожно открыла глаза... и от неожиданности произнесла несколько слов, от которых покосившаяся на нее Веля слегка покраснела.
- Что это еще такое? - ошеломленно спросила Нита, опустившись на колени и погладив шелковистую зеленую траву. - Чего угодно ждала, но только не этого!

Вроде бы они с Вельвиной успели перестать высекать друг из друга искры и даже почти подружились, но Ниту все время будто леший дергал за волосы. Она подбоченилась и с издевкой проговорила:
- А объяснять мы опять никому ничего не будем, да? Вообще-то это более чем невежливо. Дорогая, ты меня наняла, забыла, да? Чтобы хорошо выполнить работу - от которой иногда зависит целостность моей собственной шкуры, не сомневаюсь, что в этом случае тоже - мне необходимо знать ВСЕ о ситуации, с того момента, как мы оказались на территории выполнения заказа. Ввести меня в курс дела в твоих же интересах - иначе я просто что-нибудь напортачу. Убить кого-то - это не просто вовремя махнуть каким-нибудь рубящим предметом. Если ты это так представляешь, значит, ты редко убивала. - Она ухмыльнулась, опустилась на траву рядом с Вельвиной и, подставив лицо ласковым лучам заходящего солнышка, закрыла глаза. Лицо ее было абсолютно спокойным, и, заметь ее в этот момент кто-нибудь посторонний, ему бы и в голову не пришло, что она только что произнесла столь прочувствованный монолог.

Веля вздохнула и уставилась на Ниту как на неразумного ребенка. "Ну если чейчас не поймет, значит ей потом все объяснит Митхри...а это значит, что девочка останется калекой на всю жизнь, - Веля про себя усмехнулась. - Объясняет он всегда очень коротко..."
- Послушай, что ты от меня хочешь? Что я тебе должна рассказать? Это не я тебя нанимаю, а Митхри. Вот у него и спрашивай. Я вообще довольно миролюбива и...я действительно мало убивала...а если быть точной, то вообще никогда не убивала. Так что нанимать тебя для убийства - не в моем стиле. Я всего лишь выполняю задание. Кто там насолил Митхри, мне не ведомо, да и не за чем. Кстати говоря, мы еще не на территории заказа. Мы всего лишь...мы ожидаем.
Голос девушки дрогнул, словно она собиралась заплакать, когда говорила об этом месте. "Так нельзя! Только не у меня на глазах...Не думай об этом! Не думай..."
- Да, и еще. Я тебе просто советую, не спорь и не повышай голос при Митхри. Он с тобой разговаривать как я не будет. Лучше молчи, пока не спросят. И выполняй все, что он скажет. Иначе он быстро воспитывает к себе уважение - можешь потерять что-нибудь очень дорогое тебе....

На лице Вельвины читались снисходительность и презрение, и несколько секунд подряд Нита очень хотела ее убить. Даже потянулась к поясу, на котором слева висели ножны, но вовремя остановила руку и улыбнулась.
- А я тебе просто советую: НЕ ДАВАЙ МНЕ СОВЕТОВ. Когда я увижу твоего Митхри, я сама пойму, как с ним себя вести. Больше пока говорить ничего не буду... хотя, если, дай Ветер, мы с тобой доживем до конца этой передряги, я к своим словам прибавлю еще кое-что. Если обе останемся живы, конечно...
Она встала, вытащила из ножен меч и несколько минут дралась с воображаемым противником, отбивая воображаемые удары. Следившим за ней Веле и Линде показалось, что воздух сгустился, и меч отскакивает от него, как от невидимого клинка противника.
Затем Нита устало опустила руку, вытерла пот со лба и спросила:
- Речка или ручей тут есть? Слышу, есть, журчит что-то... Вел, где он? Я умыться хочу.

Вел грустно наблюдала за дерущейся с ветром девочкой. "Пусть...может это последний раз, когда у нее будет возможность так развлекаться. А жалко ее..."
Услышав вопрос Ниты, Вельвина сладенько улыбнулась:
- Ты же сказала, не давать тебе советов:D Ну да ладно, укажу тебе путь к ручью, иначе к нему ты точно заблудишься.
Девушка неохотно поднялась с земли и прошлась к недалеко растущим деревцам. Она нежно провела рукой по нижним веточкам, словно они ей были роднее всех. Затем она опустилась на корточки, погладила зеленую траву и что-то нежно прошептала. Ветви деревьев чуть расступились, открывая девушкам выложенную камнем тропинку, ведущую к ручейку с прохладной чистой водицей.
- Только осторожнее. Они не любят, когда к ним несут злость. Не сочти за совет, а просто пожелание.
Веля указала глазами на деревья и ручей.

Нита ступила на тропинку, чувствуя, как с каждым шагом по истертым серым камешкам злость, боль, тоска оставляют ее, стекая по каплям в следы, остающиеся в мелкой шелковой пыли. Вода в ручье оказалась ледяной и чистой - на дне можно было рассмотреть каждый камешек, а руки немедленно свело от холода, так что Нита ждала какое-то время, что они оторвутся от запястий, как слишком большие сосульки - от краев крыш, и с тонким звоном разлетятся по земле осколками льда. Она не отказала себе в удовольствии напиться - лоб заломило, когда она сделала большой глоток этой странной холодной воды - и еще какое-то время просто посидела рядом с ручьем, глядя на причудливое переплетение струй. Большинство из них были обыкновенными, прозрачными мокрыми струями воды, но некоторые она могла бы сравнить только с жидким зеркалом, а некоторые походили на пряди чьих-то серебристых волос. "Наверное, это волосы той майи, о которой рассказывал мне Лорэл, когда я была в Итилиэне, - вспомнила она. - Как же ее звали? Уйнен, вот как".
Повинуясь наитию, она подобрала со дна ручейка три камешка - круглый черный, шероховатый белый и серебристый кристалл с острыми углами, засунула их в кошель на поясе, поднялась, и, оглянувшись в последний раз на ручей, подошла к Вельвине.
- Спасибо. Можешь закрывать свою тропинку.

Нита посмотрела на Вельвину, приподняв брови.
- Мне даже не надо быть эмпатом, чтобы понять, что настроение у тебя похоронное. Только вот я еще не решила, кого ты собираешься хоронить - нас или этот прекрасный мир? - она улыбнулась привратникам-деревьям. - Не переживай так. Если уж ничего нельзя будет изменить, значит, это правильно. Смерть, наступающая вовремя, скорее подарок, чем проклятие, будь то смерть мира или человека. А судя по твоему поведению, эта чудесная полянка - что-то вроде обреченного на смерть... Жаль будет ручей, конечно, я уже успела к нему привязаться - мне редко надо для этого больше минуты.
Она подолшла к Вельвине и сочувственно погладила ее по плечу.
- Рассказала бы ты мне все, а... эмпат. Может, легче станет.

Вельв грустно улыбнулась. "Вот видишь, для кого-то ты - целый мир. А может они и правы..."
Девушка не повернулась к Ните, даже не пошевелилась, когда та коснулась ее плеча. Все так же глядя на исчезающее солнце, Вельвина тихо проговорила:
- Легче уже не будет. Знаешь, когда мы покидаем свой дом, мы счастливы. Счастливы, что теперь свободны, что теперь начнется другая, своя жизнь...и если однажды, опустев, твой дом сгорит, ты не сильно расстроешься. Ты даже может не узнаешь об этом. Ты слишком захвачен своей жизнью и ее проблемами...а вот если тебя приведут в старый дом, а потом на твоих глазах его подожгут, как ты себя будешь чувствовать? Иногда за мечту надо платить памятью. Я плачу. Можешь не печалиться, этот мир не погибнет. Мы тоже будем живы, мы слишком полезны пока для него. А вот к ручейку уже ни ты, ни я не вернемся. Потому что его и не будет. Он уничтожит лишь маленькую частичку этого мира - вот эту полянку и лес. Однако, они мне очень дороги. Я не могу объяснить почему. Я ведь рождена в небольшом королевстве, находящемся далеко отсюда. Веришь ли, но я впервые вижу это место. Но откуда-то я помню и эту полянку, и лесок, и ручеек. Я свободно говорю с ними, и они понимают меня, как родную им. Я не могу вспомнить, но я уверена, это не просто еще лдин мир. Это мой дом. Настоящий.
Вельвина вздрогнула, когда последний лучик, в последний раз скользнув по щеке девушки, скрылся. "Вот и солнце прощается. Оно меня тоже понимает. Тоже родное..." Вокруг все потемнело и как-то притихло. Только какой-то самый маленький птенец продолжал радостно щебетать. Как-то ободряюще. Вел почуствовала, как по щеке скатилась маленькая мокрая капелька. Этот птенец..."Такой маленький и добрый. Он тоже переживает. Но ведь не за себя..."
- Скоро...да, скоро.

Нита слушала Вельвину, и снова вернулось то ощущение смутного воспоминания, которое мучило ее у Камней. Она смотрела на нее, и на миг ей показалось, что она видит совсем другое лицо. Узкое, обрамленное длинными черными волосами, с тонкими губами, которые, казалось бы, улыбаются редко. И очень, очень синими, как весеннее небо, глазами, такими яркими, что казались нечеловеческими.
"Откуда я знаю это лицо?" - подумала она в смятении и подняла руку, чтобы как-то заслониться от встречного взгляда этих страшных глаз, но рука была чужой. Алебастрово-белая, тонкая, с узким запястьем и длинными, чуть-чуть серебрившимися когтями...
Откуда-то наползали серые пряди тумана, и под ногами была не зеленая лужайка, а каменная пустыня.
Нита в ужасе зажмурилась, прижала пальцы к вискам и замотала головой, пытаясь избавиться от этой посторонней реальности. Несколько минут она боялась открыть глаза, пока не услышала голос Вельвины:
- Эй, ты что? С тобой все нормально?
Нита осторожно открыла глаза и с облегчением увидела перед собой встревоженное лицо Вели.
- Да нет, все хорошо. Так, голова заболела, - она старалась, чтобы голос не слишком дрожал.
Вокруг потемнело, потому что зашло солнце. Резко дунул ветер, и Ните почудилось в его свисте что-то тревожное - первый знак того, что веселье скоро начнется...

Девушка резко отскочила от Ниты и прислушалась. Тут же в ее руке сверкнул нож, но опомнившись, Вел его убрала обратно.
- Назад! Скорее, к ручью! Это безопасное место! Он уже здесь!
Вельвина не стала дожидаться, пока ее спутницы начнут спорить и спрашивать. Она дала резкий мысленный сигнал, послуживший сильным толчком для девушек.
Ветви деревьев сами раздвинулись перед ними и так же сомунулись, когда путницы побежали по каменной дорожке.
Они не могли наблюдать за происходящим. Поляну от них скрывали деревья. Вел подошла к груде камней и что-то прошептала. Несколько камней передвинулись так, что за ними открылся небольшой проход.
- Скорее сюда! Ну же!
Вел пропустила остальных вперед. Сама она чуть задержалась у ручейка. "Прощай, милый. Спасибо тебе." Девушка наклонилась, чтобы в последний раз зачерпнуть прохладной водички. Там, в отражении она увидела ту самую девушку, что лежала в кругу вместо нее. "Спасибо тебе, - откликнулся в ее сознании ручей."
Вельвина улыбнулась и прошла в каменный проход. Камни за ней замкнулись.

Нита вдохнула холодный, но странно спертый воздух, бессильно прислонилась к шероховатой стене грубо вырубленного в скале квадратного помещения, в котором они оказались, и сползла вниз. Глаза с трудом привыкали к темноте. Она обхватила колени руками и уткнулась в них носом.
С ней творилось что-то странное. Голова казалась тяжелой и пустой, всякий услышанный звук как будто терялся в этой горячей пустоте, и еще какое-то время слышалось смутное эхо. Тишина тонко звенела, этот звон приближался к Ните, и наконец в нем проступили смутно знакомые звуки. Она опустила веки и позволила странным воспоминаниям, кружившим рядом с ней, войти в ее мозг.
Комната - фиолетовый шелк, светло-лиловый бархат, белоснежная кужевная постель. Открытое окно, птица, сидящая на крепостной стене, глядящая на нее сердитым черным блестящим глазом. Четырехугольная комната с разноцветными стенами на каменистой замле под низким грозовым небом. Воины, похожие на кукол. Зачарованный город, мертвые глаза молодой женщины, шедшей мимо нее. Страшное лицо мага, стоящего перед ней, ее собственный крик, свист меча, щель, открывшаяся в груди стоящего перед ней. Сквозь эту щель уходила жизнь... Лицо и руки темноглазой девушки, склонившейся над ней. Зачарованный лес, в прозрачном воздухе которого разлились озера бледного света. Лицо другой девушки - темноволосой и светлоглазой - и ее рука с тонким узорчатым браслетом на запястье. Желтые кошачьи глаза еще одной девушки... Ее собственное отражение в бокале с вином, и напротив - та, первая, темноглазая. "Я совсем закисла в этой рутине".
- Что? - переспросила Вельвина, и Нита поняла, что произнесла эту фразу вслух.
- Нет, ничего. Я, кажется, заснула. Не обращай на меня внимания.
//Вел, у тебя ящик полный! Срочно почисти!!//

Вельвина, едва коснувшись сознания Ниты, словно отскочила в сторону. Нет, что угодно, а этого с нее достаточно. Пусть вспоминает, если хочет. "Ей же потом будет больнее. Я больше не хочу помнить. Этот кошмар, который приследует меня. Ведь из-за него я здесь..."
- Ты сейчас вспоминаешь наверное. Лучше не надо. Память - это больно. Я здесь из-за нее. Ее больно терять, но так же больно подбирать вновь. Лучше не надо. Забудь обо всем. Все что было уже не вернешь. Зачем? У нас другая жизнь, даже имена другие...
//есть!:D //

Нита подняла на нее глаза, и Вельвине страшно - такая там была тоска.
- Я не могу. Понимаешь? Я чувствую, что все чудеса, которые еще случаются в моей жизни, принадлежат прошлому. Той женщине, которую я время от времени вспоминаю. Они могут уйти, они уже уходят, а как я буду без них? Я хочу в прошлое. Я хочу снова стать ею. Я так не могу. Избавь меня от этого наваждения, пожалуйста...

//угу, я с вами. Я просто не стала описывать, как я с вами пошла :D //
Линда мутно посмотрела на Вельвину.
- А что тебе от нас надо? - Хрипло спросила она. - И вообще, где мы? Как... это называется?
Да, где она? Издевается ли над ней этот мир или и вправу... но, возможно, тогда для неё есть надежда на... хотя нет, не может быть никакой надежды...

Виана еще немного постояла, разглядывая место, где только что стояли девушки, и пошла туда, где, как сказали Камни, был город. «Иди за солнцем, родное сердце» Может быть, волчица Найя не говорила этих слов, может быть… А в голове у бывшей феи кто-то повторял голосом, полным боли: «Ледяное сердце». Никому бы не пришло в голову назвать ее, Виану, родной… Она привыкла быть среди людей. Она была замужем, в конце концов! Любой, кто оказывался рядом с ней волей судьбы, мог доверять ей как себе. И так же доверяла она. Но родной не называл никто. Даже муж который обещал носить (и носил ведь!) на руках. Даже тот парень, которого она тогда пытала раскаленными щипцами, и имени которого не могла теперь вспомнить… Л е д я н о е сердце. Виане стало обидно. Нет, то есть, конечно, она сама в этом виновата, но все равно! Бывшая фея быстрей зашагала, отчего камни в заплечном мешке запрыгали, стукаясь один о другой. Вот им – да. Камням она родная. И вообще! Все равно она уже увязла по самое не хочу в этой дурацкой истории с местью. Надо расхлебывать.
//Ло, ты куда дела свое дите, а?)))//

Ладно, хватит - решила Линда и уверенно встала. Если ей повезёт, она всё сделает, как сделала бы тогда, и как сделала бы Лаура, его Лаура....
Линда мутно оглянулась. Илоза стоял рядом и взволнованно глядел на неё.
- ЧТо с тобой? - Испуганно спросил мальчик.
- Ничего, всё хорошо. Просто... я тут жила раньше и не думала, что попаду снова. Пойдём за твоей мамой.
В последнее время Линда чувствовала себя размазнёй, да ещё какой размазнёй! Жалкой, сопливой, слезливой размазнёй, тряпкой! А ведь она счиаталсь опаснейшей и могущественной вампиршей. А теперь во что она превратилась...
- Итак, господа... - Линда мрачно посмотрела на публику. - Я имела неосторожность пойти с вами и попасть туда... откуда бежала. Теперь, раз уж я здесь, где вся моя жизнь полетела к чертям, ожидайте от меня любой выходки - от брожения по ночам до приступов дикой ярости или, как было только что, сопливой ревучести. Я вас официально предупредила. Что дальше?

//Мы теряем его!//
После двухчасового блуждания по кривым улочкам города Ам-андерана, муравейника, прилепившегося к подножию гор, Виана выяснила то, что хотела. В одном дневном переходе отсюда жил старый духовидец, отшельничающий в крохотной хижине высоко в горах. Правда, ходили слухи, что вовсе это не духовидец никакой, а самый простой маразматик разговаривающий сам с собой. Что ж, предстояло это выяснить. Честно говоря, Виана не слишком-то верила, что первый попавшийся шарлатан окажется вдруг тем, кто ей нужен, но с другой стороны… Да и Висячие Камни были близко, а они, как известно, сильно способствуют развитию магических способностей. Так что бывшая фея, отказавшись от услуг проводника, полезла на скалы. Под мышкой она несла сверток с дарами, на случай, если старец окажется не в меру строптивым, а за спиной – меч в новых ножнах карминного цвета, на случай, если дары окажутся бесполезны. Потому что ей во что бы то ни стало нужно было поговорить с Нимфеей.

//где Ойлоссэ?!?!?!//

//отвечу: уехала, а будет еще Эру знает когда. Скорее всего уже осенью.//

Пушистый комок лежал на земле. она легла, потому что очень устала за время пути. Дорога окончательно выматала её.
Кошка медленно продвигалась за группой. Так уж ей было сподручней. Иногда человека, да и не только его можно понять когда смотришь на него со стороны, не находясь рядом с ним и не пытаясь объяснить его по или Проступки...
Дверь. Как же она была знакома Кошке... Или всё-таки Айке?....
Айка была маленькой девочкой. Она носилась по саду пытаюсь ловить яблоки, которые же и сама, с помощью магии и срывала. И тут она остановилась. Дверь, огромная дверь. Даже цвет у неё был завораживающий. Девочка ничего не поняла. "Откуда тут дверь?". Она приоткрыла её, оттуда понесло холодом. Но когда она присмотрелась- там всё напоминало о том, чего в её жизни не было. Маленькие дети играли на огромной полянке с мячами, плюшевыми медведями, куклами. И что бы самым странным- они подзывали её! Айка просунула ногу, но перед ней появилась огромная Чёрная Кошка. "Тебе туда пока нельзя,"- муркнула она и девочка послушно отступила.
Дверь появлялась снова, но у неё не было возможности войти в неё...
И вот она снова тут... Кошка прошла последней, мягко улыбнувшись тому кто встречал её... Но кто же он?...
Кошка не знала... А может быть просто забыла...
Сад остался таким, каким и был прежде- цветущим, жизнерадостным... Но не было тех детей, которые звали её. Не было никого, кроме Вельв, Ниты, Илозы да и Драко с Найей.
"Странно,-пронеслось в её сознании,- где все?"..
И снова дверь.. другая. холодная, каменная. Что-то подсказывало Кошке, что нельзя туда идти.. Нет, она пойдет. Потому что так надо.
И она пошла..
Город! Город? Город... Кошка остановилась и увидела знакомые лица- Шаманку, Ним, Ло- всех тех с которыми связывала её судьба.... Нет! Они не были живыми! Это был обман! Они были мертвы внутри!.. Кошка немедля приблизилась к путникам. Илоза потянул к ней свою ручонку, а Найя улыбнулась. Как делали все волки, когда узнавали своих...

«Черт, - подумала Виана, Переступив порог хижины отшельника. – И вот ради этого я сбила ноги, шлепая по горам, не осмеливаясь наложить на башмаки даже самого малюсенького заклятья! Боялась сбить ауру!!»
Да, зрелище повергало в отчаяние. Посреди темной комнаты, увешанной резко пахнущими пучками сухой травы и звериными черепами, сидело на узорчатом коврике это чучело, именующееся отшельником, с наглыми блестящими глазами шарлатана и бородой из пакли. На полу вокруг него стояли огарки свечей, заключенные в намалеванную как попало пентаграмму. Виана скрипнула от злости зубами.
- Дитя, - обратился к бывшей фее «духовидец» фальшиво-скрипучим голосом. – Скажи, какая беда заставила тебя явиться сюда, нарушая покой старика?
Виана молчала, не в силах справиться со злостью разочарования. Нет, она готова была признать, что не первый попавшийся ей подойдет, но чтобы так?! Темная Матерь! Неужели с ней сыграли злую шутку? Но не с говорились же жители Ам-андерана в самом деле! Ведь это ничтожество не могло обмануть и самую суеверную деревенскую бабу!
Между тем, отшельник, не дожидавшись ответа, безмятежно продолжил:
- Отчего ты молчишь, милая девушка? Может быть, сомневаешься, стоит мне доверять свои сердечные муки? Скажи, что привело тебя сюда: хотела бы ты узнать, что случилось с пропавшим возлюбленным? Или желала бы получить совет от покойного отца? А может быть, хочешь от гениев воздуха узнать о судьбе, уготованной тебе в будущем?
Виана сорвала с лица густую чадру, обязательно входившую в местный национальный костюм, и одним прыжком оказалась у стола. Отшельник отшатнулся, напуганный исказившимся от ярости лицом бывшей феи, и свалил бы свечу, стоящую позади него, если б Виана не схватила его за грудки и не вздернула на ноги.
- Ах ты мошенник, - прошипела она ему в лицо, чувствуя, как он обмякает в ее руках, - скольких ты одурачил своей накладной бородой и свечами? Сколько звонких монет получил за свои дрянные пророчества, за слова призраков, которых даже близко не слышал?! Знаешь, что на моей родине делают с такими, как ты? Живьем поджаривают на медленном огне!
- Чего ты хочешь от бедного старика? – пролепетал шарлатан.
- Хочу, чтоб ты немедленно спустился со мной в город и, встав на помост главной площади, объявил всем, что сроду не видел никаких духов и все эти годы дурил людям головы!
Виана оскалилась еще страшнее, рывком сдернула с него фальшивую бороду и длинные космы, и застыла с открытым ртом, увидев лицо.

///Я вернулась. Куда дела Илозу, честно, не помню :D, завтра буду разбираться, а сейчас уже оч. спать хочется))) Спасибо, что не бросаете Поход)))//

/ураааа! Я вернулааааась!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!/
Линда сидела, скрестив руки и ноги, мрачно смотря на Илозу, и прочих. Ей было очень плохо. Но помимо боли она чувствовала злость - злилась она, в первую очередь, на себя. Ведь она в состоянии держать себя в руках, а так расклеилась!
Линда мрачно посмотрела на Илозу, который тянулся к чёрной кошке. Линда была измотана всем этим и ей порой хотелось быть одной. А иногда, быть с кем-то. Спускалась ночь - и все потихоньку ложились спать. Линда не могла спать, да и ей этого не надо было. Она лишь ждала продолжения своих припадков. А он должен случится скоро. Он уже близко... Линда сглотнула и смиренно закрыла глаза.
Линда мрачно осматривала кинжал. Ей ли не знать, чей он! Не мог же Кир... Линда сжала кинжал и решилась. Она постучалась, но не получила ответа. Немного подумав, она всё-таки вошла. Он стоял, как обычно, глядя с балкона в ночь.
- Господин... Феликс... - Промямлила Линда, чувствуя, что язык её не слушается.
- Новенькая? - Не оборачиваясь спросил он.
- Эм... я пришла... чтобы просить вас... об одном... - Продолжала Линда несмело, подходя к нему и протягивая кинжал. Феликс осторожно взял его и мрачно кивнул.
- Наша бесстрашная Линда боится? - Немного снисходительно, но очень понимающе поинтересовался он.
- Я... я ничего не боюсь, кроме него. - Выдавила из себя Линда, н онаконец не выдержала. - Помогите мне! Я прошу вас!
С этими словами девушка бросилась ему на шею. Феликс не ожидал такого поворота, замялся, смутился и попросту не знал, как отреагировать на такой жест.
- Прошу вас! Я... я не знаю, зачем он пришёл сюда! - Продолжала Линда. - Но если он узнает, что я здесь!... я прошу, если не жизнь, то честь хотя бы... защитите!... Я родом оттуда, я была у него на службе, но не служила!... Я была рабыней! Я... я прошу, на коленях молю вас!... - Линда невольно опустилась на колени - страх перед Киром был сильнее её гордости. - Ведь... ведь каково... быть рабом... - Исступлённо прошептала Линда, глядя ему в глаза.
При этих словах Феликс помрачнел, наклонился к ней и потрепал по щеке.
- Посмотрим, девочка. - Коротко сказал он.
Линда закрыла глаза и упёрлась руками в пол. Душу переполнял ужас.
Девушка нервно вздрогнула и открыла глаза. Было темно, все вокруг спали. Если кто и видел, то только Найя...

Круглые, черные глаза без белков, пуговка-носик, огромный лягушачий рот со скорбно опущенными уголками… Оттопыренные полупрозрачные острые уши. Угольно-черное родимое пятно покрывало левую щеку, подбородок, часть тощей цыплячьей шеи отшельника. Остальная кожа была бледно-серого цвета.
И он вот уже полминуты пытался прикончить ее удушающим заклятьем высшего класса…
Вся шутка в том, что на воинов Темной Матери никакая магия не действует принципиально. Как боевая, так и та, с помощью которой парик из пакли выглядит натуральными волосами.
Виане стало смешно и немного стыдно. Если б она не вышла из себя, очевидное бросилось бы ей в глаза.
Она ослабила хватку и уродец-отшельник немедленно начал заваливаться. Бывшая фея подхватила его под мышки и усадила на подушки. Тощее тело было почти невесомым.
- Спокойно… - поддерживая беднягу одной рукой, Виана достала из-за пазухи плоскую фляжку и дала глотнуть отшельнику. – Я не сделаю тебе зла. Прости, немного погорячилась.
Уродец сделал еще пару глотков и взгляд его стал осмысленным.
- Кто ты? – спросил он хриплым голосом. – И почему я не смог…
- Меня зовут Виана. И магия на меня не действует.
- Правда? Так значит, ты… - отшельник ахнул и закрыл лицо руками. Руки были такие же серые и пятнистые. – Ты видишь мое лицо?!
- Прекрати! – Виана взяла его за запястья и взглянула ему прямо в черные глаза. – Ты ведешь себя как ребенок, а по рассказам, тебе никак не меньше ста!
- К этому нельзя привыкнуть… - Уродец совсем скис. – Ты красивая, тебе никогда не понять, как это, когда всю жизнь не видишь от других ничего, кроме унижений, отвращения и страха. Когда от тебя стараются поскорей отвернуться. Включая родителей.
Виана не знала, что сказать. Что тут скажешь, когда любят и не таких страшил? Просто бедняге не повезло.

Профилактика закрытия...

//Спасибо. На самом деле, я не очень знаю, что писать: в сюжете вроде кроме меня и Вел никто не занят, а ее нет.//

// ох.. я бы написала бы что-нить но не знаю что.. Ло. ждём... /

//йоптыть, ну придуумайте что-нибудь =(//

//А возьмите меня с собой! Если не пригожусь в пути, то хоть бульончик из меня сварите. :D Хотя нет, он ядовитый будет, им только врагов кормить. Ну отлично, врагов и покормите. :D А с Ойлоссэ я поговорю.//

\\Присоединяйся! Мну только рада будет!!\\

//Странно, Поход еще живет...
Майалис, приходи, конечно. Можешь даже со мной не разговаривать - и так возьму :D
В общем, присоединяйтесь все, кто хочет, начинайте свою линию и вообще делайте что хотите, соблюдая 2 основных правила:
1)хороший язык и содержательность постов;
2)отсутствие флуда.
А я уже подключусь к вам.
Ну нет у меня сил свое придумывать.

Драко, моя тебе искренняя признательность, видимо, Поход тебе дороже, чем мне, свинье поганой... :) //

//Хм... А не обратиться ли ко всесильным за почисткой треда? Хватит флудить, короче:mad: :)\\
- И поэтому…
- Ну да. Поэтому я нацепил этот костюм, покинул дом, долго мотался по свету и, наконец, забрел сюда. Тут так спокойно… О лучшем доме нет смысла и мечтать. Знаешь, иногда я ухожу далеко-далеко в горы и смотрю, как по черному небу катится солнце… Тогда я ненадолго забываю о проклятии, постигшем меня…
- А ты… Не пробовал как-то… лечиться? Я знаю одного вполне достойного знахаря. Говорят, он лечит от всех болезней.
- Дурочка. – отшельник улыбнулся с таким выражением, что Виане стало нехорошо. Сколько ему, интересно, лет? – Я ничем не болен и не ущербен, если не считать внешнего вида. Просто мои мать с отцом во время не задумались, ЧТО может получиться от брака человека и женщины дроу.
- Дроу? Темные эльфы?!
- Ну да. А зовут меня Энсель.
Отшельник произнес это весело и беспечно. Виана пристально смотрела на это несчастное существо и видела все его прошлое, начиная первыми шагами и кончая жизнью в этих неласковых горах, и повсюду жгучее чувство одиночества, черная беспроглядная тоска… Одни лишь призраки…
- Не смотри так на меня. – глухо произнес Энсель. – все не так-то плохо.
И отвел глаза. Он сам себе не верил. А ведь был вовсе не таким уж и уродливым, обаятельным талантливым, и совсем-совсем незлобивым. Виана не знала, что сказать. «Ледяное сердце!» - голос, сказавший обидную фразу, на этот раз почему-то шепелявил. Бывшая фея едко усмехнулась в ответ и по-сестрински крепко обняла отшельника.
Энсель вздрогнул. Его, наверное, никогда в жизни не обнимали по-сестрински крепко. А Виана улыбалась. Теперь он умрет, но из-под земли достанет ей призрак Нимфеи! А она в награду отведет духовидца в свой мир. Они с Фаэркуанноном должны подружиться.
Если, конечно, кое-кто, брошенный на погибель в изнанке миров не так близок к смерти, как должен бы.