|
Очень терпеливо и спокойно
Ахайри... Да, я стала ее мечом в тот день, когда вошла в Бугор. Но лишь косвенно, как воплощение ночного страха. Во всем остальном феи совершенно свободны. Они приходят домой и покидают его, когда им заблагорассудится, зарабатывают на жизнь, как им больше нравится, они ночные воины, а значит, приумножают силу ужаса ночи. Но Ахайри тоже чье-то оружие. Оружие сил Тьмы, всепоглощающей, разрушительной тьмы, ибо страх разрушает тоже. Я же призвала в себя как раз эти силы, неперсонифицированные, но могучие. Они должны были уничтожить меня полностью. Растворить меня в небытие... Такое может произойти только с моего согласия. Но я вернулась. Простыми словами говоря я смухлевала. Невольно, но все равно. Не думаю, чтобы безликой тьме было бы до меня дело, и, наверное, так оно и есть... Но тем не менее, не знаю, по чьей-то воле или же так сказать естественным путем, что, кстати, вероятнее всего, в ответ на чужую злобу Зло входит в меня. А ваш Страж, видимо, решил погреть на этом деле руки. Ну, кстати, два раза ему это почти удалось. Почему я возвращаюсь, я теперь знаю. Поэты не умирают. А Ахайри слишком далеко, чтобы иметь какие-то виды на меня.
|