[Алексина]

Но Кот, все еще не понимавший, куда его занесло, кажется, представил… Так как его фантазия, как всякого представителя богемы, оставляла желать худшего–во избежание травм–он оценил по достоинству свою участь и затих, решив посвятить свою жизнь хронике. Тем более, с его-то бурной фантазией, угрожающей всем окружающим в радиусе трех километров пожизненной госпитализацией…
На будущее он решил посвятить пару абзацев рукописи своей неудавшейся жизни.
Тем временем Римене посвящала несколько минут своей вполне удавшейся жизни собеседованию с Айменель. Вредный ее дядюшка оставил при себе право последнего слова–именно поэтому милая беседа поминутно прерывалась некоторыми загадочными возгласами на языках, половину из которых академик, судя по всему, придумал сам и с ходу.
–Айме!–стенала нека, рискуя совершить путешествие в желудок бегемота прямо вместе с рацией и ценными директорскими кедами,–скажи всем, что у нас все от… отменно паршиво!!! да!!!
–Стать тем, что никому не мило, о, стать как лед!–взвыл чуткий и гуманный Кот.
–Что это такое?–удивилась Айменель.
–КОТ!!!–заорала Лиллиан.
–Я не Кот…–пробормотала вампир сквозь помехи,–но у меня заложило уши…
–Аллё?–раздалось в рации через секунду.–Таяна на линии.
–Таяна!!!–заорала Римене.–Ты меня слышишь!!!???
Пауза повисла, как простыня на веревке.
–За пару минут до этого слышала…–послышалось с другого конца линии.–Но сейчас уже, боюсь, нет… сейчас дам Эмми.
–Это Эмми и я сейчас тоже буду орать!!!
–Ты у ж е заорала,–справедливо заметил Фестин.
–А нас меньше, так что мы выйдем из строя раньше…–продолжил мысль Феанаро.
–Но у вас есть Кот,–справедливо вмешался Ваф.–А его, судя по всему, очень много…
–Я живо-о-ой!–подтвердил эту гипотезу непосредственный виновник ее представления.–Я лечу по каналам любви…
–Видишь?–оскорбленно вопросила Эзелла,–он даже летит по каналам любви, а мы…
–Не по каналам любви он летит,–фыркнул Дэн Стрэнджер,–а на шее у жирафа в мешке едет. Я сам только что видел вон за тем вольером.
Римене не нашла ничего лучше, кроме как попросить:
–Передайте ему привет, пожалуйста…
Вооруженная мегафоном, Эннариэль набрала воздуху в легкие и громко, внятно и весело сказала:
–Кот! свои передавали привет! (с)
–Ни за что бы не подумал,–с интересом отметил Дэн,–что ты слушаешь фолк.
–Я не слушаю,–гордо сказала Энри.–А вот орки просто в восторге.
–Я вас тоже люблю,–сентиментально всхлипнула рация голосом Кота.–Хотите, почитаю то, что у меня уже получилось?..
–Как-нибудь в другой раз, пожалуйста…–попросила Альвен.–Сейчас нам позарез надо слезть со столба.
–Какого столба?!–остолбенели, пардон за каламбур, члены основной поисковой группы.
Пауза, на протяжение которой виновники столбняка пытаются охарактеризовать свое местоположение.
–Обычного,–наконец, нашелся Фестин.–Высокий такой, серый столб… бывший фонарный, а так как бывшим он стал с нашим обретением, нам надо быстрее отсюда линять.
Все вздохнули.
–Кстати, а Вайрэ-то где?–проявил беспокойство Намо.
–Вайрэ?–переспросила Лантарэль.–А… а она ушла дежурку искать! понимаешь, к ней в дамскую сумочку запрыгнул кенгуренок, и ей что-то не понравилось…
–Хотя кенгуренок был симпатичный,–задумчиво заметила Нару.
–В общем, она пошла заявлять на них в дом матери и ребенка, а для этого ей просто позарез нужна дежурка,–подытожил Тэллас.
–Я тот, кому никто не рад, носитель страшного проклятия…–неуверенно забормотал Кот. Лермонтов со скрипом перевернулся в гробу.
–Альвен, ты все еще на столбе?–пока суд да дело, решила осведомиться Эззи.
–Да, кажется…–вздохнула Альв.
–Тогда аккуратно,–последовал совет.–И не прыгай. Там внизу наверняка что-нибудь опасное.
–Ты угадала,–радостно сообщила ей дочь.–Там бегемоты… впрочем, ты могла понять, что Макс и что-нибудь безопасное–вещи несовместимые!
–Неправда,–обиделся Макс.–Я коал люблю… и львов!–немного погодя добавил он с восторгом в глазах.
–Они приходят к нам, когда у нас в глазах не видно боли, но боль пришла–их нету боле…–среагировал меховой академик.
–Не поняла связи,–удивилась Ами, имея в виду обе реплики.
–А у них обоих слухалки пушистые,–заявил хиппи.
–О господи… только львов нам не хватало!–простонала Эннариэль.–Держите его там, чтобы он в самом деле ко львам не полез!
–Если не полезет он,–буркнул Намо,–то полезут львы. На нас уже и так барс напал.
–Бедный леопардик,–произнесла Альвен.–Он так надеялся на хороший ужин–а он оказался сумасшедшим.
–Лучше быть сумасшедшим на столбе,–изрек мудрость Феанаро,–чем нормальным в животе.
–Слезайте там уже,–посоветовал ему Нолофинвэ,–а то мы окончательно скоро заблудимся… и вообще, по-моему, у них с фантазией нелады! второй лабиринт за неделю, по-моему, слишком…
–Ты не рассуждай,–принял эстафету советчика Намо,–ты выход ищи… а мы в крайнем случае воспользуемся несколькими козырями.
–Какими?–заинтригованно осведомилась Ланта.
–Да пошлем к ним Тургона стажироваться!–ляпнул Вала.–По-моему, наказание хоть куда!
Минута молчания в память о будущих погибших на стройке…
–По-моему, это очень негуманно,–стеснительно сообщил Морис.–Они могут подать на нас в суд за расовые предрассудки.
–Эхх…–Намо вздохом проводил мечту избавиться от нео-Растрелли в последний путь.
И в тот же момент над зоопарком прогремел трубный глас:
–КОНКУРС ЗАВЕРШЕН!–возвестил он таким тоном, что бегемот, собравшийся зевать, вывихнул челюсть.
Альвен, начавшая было героический спуск вниз, быстренько вернулась на прежнее место, решив, что лучше закончить конкурс в дежурке с выговором, чем внутри бегемота с кишечными палочками. Остальные ее решение одобрили, и только Римене была грустна: она все же упустила дедушкин кед в раззявленную пасть, что побудило его осторожно нацепить оставшийся ботинок на его привычное место: левую ногу. То, что ботинок предназначался ее антиподу, Валу не смущало ни в коей мере, ибо кеды он систематично разнашивал вот уже три Эпохи.
–Держитесь, народ, за вами уже полетели!–предупредила рация голосом Вайрэ.–И не смейте никуда прыгать!
–Мы уже прыгнули,–неудачно пошутил Намо.
–Неправда,–сообщила Валиэ.–На том свете рация не работает, у нее сбоку написано.
Несколько секунд молчания хватило на то, чтобы Римене детально проштудировала инструкцию на черном блестящем боку рации.
–Ой, и в самом деле…–подытожила она наконец.
–Чтоб я еще раз в зоопарк пошел!..–пробормотал Намо, зачем-то хватаясь за шнурки кеда.–Лучше сразу в…
-Куда?–поинтересовался любознательный Макс.
–Не скажу!–заявил Вала,–чтоб вы теперь до конца дней ваших мучились в поисках ответа…
Реакция неправедно обиженного хиппи потонула в шуме вертолетном, источник коего преспокойно кружил над зоопарком, разыскивая пропавших героев.
–Ну что, господа,–заорал Феанаро,–затаимся или пускай их находят?!
–Лично я за последнее,–высказалась Лиллиан,–потому как очень уж меня нервирует вон та картинка внизу…
Мандоссцы с уважением воззрились на розовую глотку бегемота.
–Жаль, нету Эззи,–вздохнула Лилл.–Она бы ему живо челюсти обратно свернула…
–На всякий пожарный: мы думали, что это он специально,–предупредил коллег Намо, карабкаясь вверх по веревочной лестнице, неохотно спущенной к фонарю пилотом…

Естественно, без приключений не обошлось даже здесь: напоследок, как привет и память, Римене уронила рацию. Угадывать, куда приземлился бедный прибор, я даже предлагать не стану, ибо понятно и без того–дни свои он окончил в желудке млекопитающего, для которого в жизни настала воистину черная полоса…
–Странно,–пробормотала Лантарэль, в этот момент пытавшаяся с нею связаться,–дайвингом они, что ли, занялись, все булькает…
С тех пор на рации перестали писать "на том свете не работает".

–Да нам за это надо деньги платить, как за научное открытие!–возмущалась потом Макото.–А они…
–…в электричке уехали…–передразнила ее Ли, пребывавшая под впечатлением от просмотра советских мультиков.
–Не пущу тебя к телевизору!–пригрозил Нефрит, который из-за нее третий день не мог досмотреть сериал "Из жизни астрономов".
–А я… а у меня приемник в комнате стоит!–ничего лучше Рейнджер не выдумала, что и привело ее к горестному молчанию в поисках достойного ответа на следующий раз.
Кот сидел в мешке и с фонариком писал письмо…