[Алексина]

Хроники Кота. Письмо брату, Коту Ученому.

"Дорогой мой брат!
Так как от тебя ни слуху ни духу, и я серьезно сомневаюсь в твоем существовании, я тебя пока злить не буду, ибо папа морально не готов к твоему визиту. Его только что едва слон не прожевал… слава Эру, наш брат Юрист оказался гораздо шустрее слона и успел пихнуть ему в хобот корыто. За это корыто нас много ругали… зато меня сегодня хвалили, да. Я знаю, что ты мне не поверишь, но это правда! я с утра капли в рот не брал! Уже, согласись, подвиг…
Просто твой идиот-сын пустил на линкоры всю мою диссертацию, и если ты завтра же не заберешь его от меня подальше, я не знаю, что с ним случится!!! может быть, он станет походить на помесь телевизора с кенгуру (ты их знаешь, их еще по телевизору показывали, там еще пылесос был…), а может быть–на меня с перепоя. Ты знаешь, что так травмировать детскую психику нельзя, а поэтому приехал бы по-хорошему, а?..
Но все-таки я–герой…"

Хроники Кота. Письмо Лёкс.

"Дорогая наша общая знакомая!

Я заранее знаю, что брат меня не послушает, а потому уповаю на твое влияние на этого себялюбца… скажи ему, чтобы он, наконец, осчастливил меня своим визитом! И можешь еще добавить, что если он не послушает, я буду задалбывать его, пока он не будет готов в другую галактику прибежать… потому что его сын будет к тому времени именно там.
Я не понимаю, почему вы, существа отменной щедрости, пожмотились на мозги этим чудам науки и техники!!! я понимаю, что моего отца часто упрекают в подобной жадности, но я хотя бы ручку в лапах держу, и карябаю ей по газетке, но этот феномен!!! Даже у меня, гения, слов не хватает для описания этого сложного клинического случая.
Все, я придумал.
Завтра же я отдам ео Ирмо–он мне страшно благодарен, потому что я спас его от смерти. Хотя, возможно, это был вовсе не Ирмо… если бы в Лориене проводили конкурс двойников, победили бы все поголовно, я уверен, но суть не в том. Суть в другом… я пришел в себя на вершине телеграфного столба, который качался и пытался меня прожевать. Тогда мне вспомнился Стивен Кинг, и я закричал от ужаса, но дальше обнаружилось, что мой столб боится меня ничуть не меньше. Я преодолел приступ ужасной морской болезни, которой заразился от одной нашей общей знакомой, которую ты не знаешь… но суть, опять же, не в этом. Суть состоит в том, что я писал, писал и писал, а столб мчал меня в ночь!
Голос таинственной девушки сказал мне, что снизу–бездна адова, полная тварей, и я ей поверил. Шерсть на загривке встала дыбом, и я почувствовал непреодолимое желание написать что-нибудь хорошее. К несчастью, мне приходили на ум лишь чужие строчки…
Опять все было не так!!!
Я взвыл трагически и написал стихотворение, очень красивое, но абсолютно бесполезное, и тут же его забыл. Солнце сквозь нитки мешковины светило мне прямо в лицо, приближаясь к закату… по-моему, я отошел от темы.
Но самое главное, Лёк, состоит в том факте, что все кончилось отлично! перегнав всех, кто был в зоосаде, мой столб вдруг обратился в моем сознании в жирафа, это очаровательное животное, и перемахнуло через черту, отделяющую зоосад от нашего бренного мира… я понял, что мы нашли ворота первыми!
Но это были НЕ ТЕ ВОРОТА.
Они вовсе были закрыты, и как мы преодолели их, для меня–тайна за семью печатями…
(Ты, кстати, обратила внимание на мой изящный слог? если нет, я обиделся!)

Твой любящий друг,
Кот Романист.

PS. Ладно, я договорю, а потом уже обижусь…
В общем, теперь-то я трясусь в некоем мешке за какой-то спиной, постоянно ушибаясь об позвоночник. Эзеллы на него нету, она ему быстро спину выправит… но дело не в Эзелле. Дело в том, что меня ловили четырьмя вертолетами, а по сему поводу я горд. Приезжайте и разделите наш триумф. Ради такого я стащу у Лилли банку кофе, хотя она меня, безусловно, убьет.
Но оть на поминки-то вы приедете?! потому что это будет для меня лучшим посмертным подарком!!!
А брату моему передай, что если он не выполнит и этого последнего завета (смотри-ка, в ритм…), то я буду являться ему, пока… пусть тепер сам догадывается, что случится в этом случае.
А если будет интересоваться моей участью (чудеса ведь на свете бывают!), так скажи ему, что меня нашли только после привлечения к делу восьми самолетов с прожекторами и всех моих коллег, а жирафа до сих пор ищут. Если увидите–не пугайтесь.
Ну все, теперь обиделся.
Ваш друг Кот Романист, с наилучшими пожеланиями поскорее прибыть."