[Алексина]

–Почему?
–Потому что это–твоя дочь, ее ничем не проймет.
–И жалко,–добавила Эзелла.
Вала подумал и решил, что возвращаться–плохая примета, а потому остался в этом мире (все остальные мысленно согласились, что это–мудрое решение, а Феанаро из чувства протеста и страха за проводку подумал, что лишние полчаса в нирване еще никому не мешали…).
–Ну, и что там про меня написано?–уже с некоторым интересом спросил он.
–Рулишь ты, Намо,–проникновенно сообщила Лиллиан.–Особенно с тех пор, как вчера по улице прогулялся.
–У тебя клуб поклонниц завелся,–поделилась секретом Айменель.-Они все дружно собираются сюда, говорят, мы немного посидим и покончим самовоскрешением.
–Это не мои поклонницы! это все Акутагава!–вскричал начитанный Намо.
–Нравился бы Акутагава–они бы к Яме просились,–молвила Эннари.
–Они же не садистки, по Ямам прыгать,–фыркнула вампир.
–Тоже правда…–задумался Вала и с ужасом вопросил:–А что, у них уже процесс пошел?
–По-моему, нет еще.
–Вот и замечательно…–вздохнул Намо, но еще не успокоился воздух комнаты, сотрясенный вибрацией звуковых волн, а Вайрэ посмотрела в окно и смущенно сообщила:
–Кажется, сюда кто-то бежит…
Все подскочили к окну.
–Кажется, это кот Матроскин…–прозвучало пять секунд спустя.
–И за ним, кажется, кто-то гонится!–подытожил описание ландшафта Фестин.–Спасать будем?
–Матро-о-о-о-оскин!!!–заорал Фелис во всю мощь своих легких.–Запрыгивай на пожарную лестницу-у-у-у-у-у!!!
Матроскин призыву внял.
–Ни за что бы не подумала, что по пожарной лестнице можно прыгать через пять ступенек!–восхищенно пробормотала Ли, пытаясь открыть окно, но этого уже не потребовалось: чудом никого не покалечив, в брызгах стеклянных осколков, в комнату ворвался Матроскин, покатился по полу кубарем, насилу сгруппировался, истошным голосом попросил его спасти и, наконец, сообразив, что спасение утопающих–дело их рук, выпрыгнул в вентилляционное окошко. Судя по крикам, туда как раз лезла Лекс, и им обоим крупно не повезло друг с другом…
Мандоссцы выбежали в коридор как раз к началу узнавания и дружеского братания.
–Матроскин. Кот Матроскин.
–Тетя Лекс… то есть, Лекс. Так просто.
Они пожали друг другу руки.
–А почему ты на меня выпрыгнул?–было очень любопытно пострадавшей.
–За мной гонятся поклонницы Намо,–убито молвил кот, затравленно озираясь по сторонам.–И хотят сфотографировать на память, прежде чем убивать…
–А убивать-то за что?–удивился Намо.
–Они думают, что я тебя сожрал и встал на твое место!
На мгновение в коридоре воцарилась тишина, нарушаемая только отдаленным топотом ног поклонниц Намо…
–Может, это–розыгрыш?–слабо спросил бедняга.
–А по-моему, очень интересно,–сообщил Кот Романист, строча что-то в блокнотике.
–Ты сидел в нирване?–спросили все, получили утвердительный ответ и сообщили коту, что ему самое милое дело–посидеть там еще чуток. Тот обиделся, но призывам не внял. Осмелел, пока демоны не являлись… Намо подумал о том, что совсем неплохо было бы повторить представление, но времени не было.
–И что мы будем делать?–спросил он вместо этого.
–А ты им покажись,–предложила Эмми.–Они посмотрят и оставят кота в покое…
–Зато теперь они не оставят в покое МЕНЯ!
–И будут осаждать школу,–хмыкнул Дэн, потихоньку начищая пистолет.–А что вы так на меня смотрите? они все равно собирались самовоскрешаться!
–А у нас хлеба нет,–помрачнел Вестри.–Следовательно, долгой осады на кактусах из кабинета биологии мы не протянем…
–Там еще заспиртованные лягушки есть,–не к месту помянул Кот Романист.
–Кот!!!
–Я бы туда вообще заходить никому не советовал,–сказал Фингон.–Там ночью, кажется, Тевильдо хозяйничал.
–Теви-и-и-и-и-ильдо…
–Совершенно неправда,–отозвался откуда-то из стенки Тевильдо.–Я ход рою.
В следующую минуту из той же стенки выпал кирпич, и в получившееся отверстие вылез недоброй памяти Тевильдо.
–Я искал клад,–весело сообщил он.–Но так и не нашел.
–Нету здесь кладов,–мрачно сообщила Вайрэ.
–А зачем мы тогда здесь живем?–обиженно скуксился нек; по его понятиям, в доме, где нет ни лабораторий, ни привидений, ни кладов, жить незачем.
–Балрог нас…
–Апчхи,–грустно донеслось из Лориена.
Ланта неожиданно встала в позе мраморной статуи…
–Народ,–восхищенно произнесла она.–А я знаю, кто нам поможет всех разогнать…

–Нет-нет-нет!–заверещал Намо после минутной тишины.–Все, хватит с меня этих б…
–Ап…
–Да ладно, договаривай…
–…алро…
–…чх-х-х…
–…гов,–едва не зажмурившись, окончил Вала.
–…ИИИИИ!!!–донеслось из Лориена, и школа слегка вздрогнула.
Фанатки шумели.
–Они мертвые, им все равно,–со странной тоской в голосе отметил Юрист.
–Было бы все равно, сидели бы в Мандосе и не рыпались,–мстительно возразил Кот Матроскин.
–Что-что?–переспросил Романист.–Помедленнее, пожалуйста, я чувствую Ответственный момент, а записывать не успеваю…
Он висел на люстре–по его понятиям, туда ни один уважающий себя демон лезть не станет…
–Люди, а что случилось-то?–появилась ниоткуда пыльная Римене в шортах и рубахе с засученными рукава.–Мне звонил Ирмо… нам звонил Ирмо… в истерике. Прямо из истерики взял, да и позвонил, велел передать три нехороших слова и одно приглашение на какую-то церемонию… выглядываю в окно–меня вспышкой в глаза… Что творится-то?!
–Фан-клуб Намо!–ответили все.
–Дайте мне телефон!–решительно произнес кумир миллионов.–Я сейчас кое-кому позвоню!
–Милый, а ты в состоянии адекватно воспринимать реальность?..–усомнилась Вайрэ.
–Я сейчас очень в состоянии,–зафырчал, как чайник, Вала и сцапал предложенный телефон.–Алло!–заорал он, набрав номер.–Это Ирмо? Ка-ко-е сча-стье!.. кто орет? я ору! я–Намо, с недавней поры это неожиданно стало всем известно… какого балрога я ору? (*Апчхи!*) да очень услышать тебя захотелось. И Оромэ тоже… как нету Оромэ? а где же он, чтоб ему Готмога век поминать? (*Пчхи-и-и-и!*)
–Он уже чихать устал,–вмешалась Айменель.
–Что вы с Готти сделали?–поддержала ее Ланта.
–Чхи,–был лаконичен Готти.
–Ирмо, я не могу никуда выйти,–продолжал Намо.–Я тебе звоню прямо из нирваны… не-е-е-ет, я могу выйти из нирваны, но из школы–никак! понимаешь, Ирмо, у меня тут фан-клуб "У закрытых дверей", осаду производит… нет, Ирмо, никакой стратегии, сплошное варварство. Да, Ирмо, мы здесь будем сидеть до пенсии. Да, Ирмо, и до Второго хора дотянем… дотянем?–решил он заручиться согласием коллег. Все закивали, Кот Романист–с сомнением, ибо он знал, что валерьянки здесь нет.–Дотянем, говорят. Так что ты, Ирмо, прилетая сюда. Как волшебник… волбешник?.. и как волбешник прилетай. Да, можно на вертолете. Да, крыша выдержит. Захочет и выдержит… она и не такое выдерживала… так что лети. Да. Да! Да!! хоть на зеленом! все, конец связи!–Вала положил трубку и воиственно сообщил:–Сейчас прилетит.
Мандоссцы, прислушиваясь к звукам осады, поднялись на крышу, уселись там и, развлекаясь созерцанием осады и поисками тарана ("Не сметь отрывать трубу НАШЕГО ТАНКА!"–злился Дэн), стали ждать прилета Ирмо.
Тот не заставил себя ждать особо долго, и с его стороны это было проявлением величайшего милосердия–фанатки раздобыли где-то пилу и попытались спилить забор, что вызвало у Намо желание покончить жизнь прыжком с крыши. Спасения своего он не хотел, брыкался, сопротивлялся и орал, как всякий невовремя спасаемый; фанатки млели. Мандоссцы, в свою очередь, не знали, что делать–в руках некоторых особо активных были замечены камни, и, хотя девушку, способную попасть камнем в существо на крыше четырехэтажного дома, никто пока не видел, все равно был повод нервничать…