[Алексина]

16.

Неделю отдыхали у вьетнамцев, ловили рыбу и учились торговать. У Вестри отлично получается.
Сегодня в полдень, наконец, вышли на большую дорогу… машин нет. Прошлись, вышли на дорогу еще больше–опять нет машин! Что за наказание!
–Намо,–спрашивает Ланта,–ты в последнее время никого не проклинал?
–Нет,–отвечаю.
Тут смотрим: едет повозка… вернее, сперва едет некое подобие мотоцикла на трех колесах, грязное, как школа после трудодня, с наклейкой на бензобаке и с водителем на сидении. Водитель тоже очень грязный и лохматый, но вид у него радостный; Макс очень огорчился–не знал, как с ним поговорить, а хотелось же… А за мотоциклом тянется самое интересное–пародия на телегу, сотворенная из железа. Само собой, грязная, пыльная, с какой-то колченогой беседкой наверху; а в самом начале телеги–три монаха. Буддистских. Маленькие, один толстый, два других–тоньше спички, но все закутаны в одинаковые оранжевые ширмы. Стоят, прямые, как итальянские пинии, за передний край нео-росинанта держатся…
Мы даже поголосовать забыли.
Весь день в итоге пешком шли, устали…

17.

Поймали какой-то автобус, едем. Похоже, не в ту сторону, насчет чего оживленно спорим.

18.

Нарушили правила автостопа и заплатили очередному шоферу за перевоз–он нас прокатил на близнеце давешнего мотоцикла с монахами, только на сей раз никаких монахов тут не было, а мы поместились кое-как… объясняю резоны.
Во-первых, доехали быстро и живыми (что гораздо более ценно, потому что дороги здесь, я вам доложу…).
Во-вторых, Кот целый день молчал, пораженный личностью нашего водителя.
И, в-третьих, это была действительно примечательная личность. С первой же секунды он понял, что мы нездешние (сложно не понять), но не растерялся, а принялся обучать нас вьетнамскому языку: тыкал в разные предметы, совершал джигитские маневры по подбору с земли цветочков и камушков, называл все, что встречал по пути, требовал ответа и, сочтя к вечеру, что мы знаем достаточно, принялся что-то нам рассказывать. И рассказывал часа три–пока мы не приехали в какой-то город.
–Он себе пол-языка стер, не иначе,–ошеломленно пробормотала Эзелла.–А мы неблагодарно молчали.
Тогда Тэллас извлек откуда-то фотоаппарат и подарил его нашему вознице. Тот очень благодарен, о чем рассказывает нам уже двадцатую минуту…

19.

Перешли китайскую границу, сказав китайским пограничникам, что мы–туристы. Показали путевку.
Даже как-то неинтересно–ни тебе проверок, ни таможни…

20.

Ловим машины. Смелых нет.