Из Мандоса/2. Очередное ток-шоу...

[Алексина]

Район 1.

Нефрит, Джедайт, Римене, Макс, Фелис. Сзади плетутся Эннариэль с ноутбуком и Альвен с устрашающего вида венком неопределенного назначения.

Эннариэль (печально): Так… здесь еще что-то можно исправить (смотрит на венок) например… вытащить вот это! (дергает за некий сушеный гриб)
Альвен (печально): Ну это же боровик!.. это же символ здоровья!..
Эннариэль (справедливо): обычно в сочетании с опятами, но не с тюльпанами же!
Джедайт (обернувшись): А по-моему, с лаврушкой лучше.
Нефрит (согласно): И, желательно, вареный.
Макс (мечтательно): И с чесночком, с петрушечкой!..
Римене (укоризненно): Кое-кто, между прочим, белую поганку мне недавно принес и попросил изжарить с картошкой. Хорошо еще, что мне…
Джедайт (быстро): Это был Кот!
Римене (удивленно): А ты откуда знаешь?
Фелис (страдальчески): Может, кто-нибудь знает, когда мы будем делами заниматься?
Эннариэль (мутным взглядом провожает небольшое облачко): Фелис, милый, скажи, что лучше: боровик в венке или бледная поганка в супе?

Район 2.

Дэн Стрэнджер, Эзелла, Айменель, Таяна, Эмми и Ваф; идут по небольшому переулку. Неожиданно прямо перед ними из темноты появляется стена, а на стене сидят три кота, сосредоточенно завывая на луну.

Эмми (тихо): Я что-то перепутала?
Айменель (с готовностью): Ущипнуть?
Эмми (с опаской смотрит на ее ногти): Нет, я как-нибудь своими силами…
Эзелла (радостно): А давайте подпоем!
Таяна (скептически): Зачем?
Эзелла (неуверенно): Они удивятся и… кончат.
Дэн Стрэнджер (с убийственной дозой иронии): Но перед этим мы кончим свою прогулку в карете скорой помощи.
Ваф: Тогда будем действовать решительно.
Айменель: То бишь?..
Ваф: Выйдем из тупика и спокойно пойдем дальше.
Дэн Стрэнджер: Кстати… а кто-нибудь знает, где наш объект?

Минута молчания.

Эзелла (робко): Я думала, ты знаешь…
Айменель: Я, кстати, тоже.
Таяна (сокрушенно): В общем, как всегда.
Ваф: Возвращаемся?
Эзелла (воодушевляясь): Ни за что! вперед и только вперед, с песнями! (потрясая кулаком) Урра!!!

С криком выбегают из подворотни.

Первый Кот (прекращая выть): Беспорядок.
Второй Кот (пожимая плечами): Бедлам.
Третий Кот (вздохнув): Хаос.
Хором (переглянувшись): Совершенно верно!

Продолжают выть на луну.

Район 1.

Те же; декорации же кардинально меняются, и первым это замечает Фелис.

Фелис (ошеломленно): И куда мы забрели?..
Эннариэль (отчаянно психуя): Ты мне так и не сказал, куда нам можно деть этот венок!
Альвен (в тихом отчаянии): Ну не надо… ну он хороший… ну я же от всей души!..
Макс (шепотом): А мож, оставим детенышу барахло? Ну, в самом деле ж, не тащить его на лежкоместо!
Эннариэль (машинально): А почему бы нет?
Макс (панически): Например, потому, что до него пилить три дня даже на самокате!
Римене (с подозрением): На чем?..
Фелис (сердито): На том, чего у нас нет! хоть кто-нибудь заметил, что мы заблудились?!
Макс (с подкупающей серьезностью): Ага. (Фелис уже хочет расслабиться и обрадоваться, когда хиппи уточняет Ты.

Фелис, обхватив голову лапами, издает короткий страдальческий стон.

Дэн Стрэнджер (выбегая из-за угла вслед за Эзеллой): Так… кто тут обидел моего кота?!

Район 3.

Лиллиан, Ами, Таики, Фестин и Феанаро бредут себе по улочке, пока перед ними не появляется… Аллея.

Лиллиан (радостно): Ребята, мы нашли!
Фестин (скептически): Не то, что надо… (философски) А что это я удивляюсь! будто мы хоть раз что-то находили.

Все хором вздыхают.

Феанаро (наигранно-бодро): Брат мой сказал, что оставил нашего друга на дереве…

Общий стон: три линии деревьев, уходящих к горизонту с ярким профилем местной Фудзиямы-резиденции верховной власти–это вам не шуточки!

Феанаро: Поэтому я предлагаю… хотя бы разделиться.
Таики (мрачно): Как клетки?
Фестин: Как полоски!

Ами быстро прячет полосатый носовой платок.

Таики: Все равно не делится…

Поделились. Одному выпало идти как раз Таики, поэтому его пустили к среднему ряду деревьев для защиты с обеих сторон, и сами начали планировать операцию захвата… Операция захвата свелась к тому, что все бегали по аллее, тоскливо созерцали оставшееся расстояние и громко орали всякие нехорошие новости ("Намо пропал! в Мандосе перенаселение! тебе жениться пора!.."), пока последнее заявление не сработало. Откуда-то сверху послышалось "Сам знаю…".

Район неопределенный.

Группы первого и второго районов, объединившись по примеру их участков, чешут по ночному городу куда-то в ночь, когда перед ними вырастает… даже не аллея, и не стенка с тремя котами,–а прозаическая парковая ограда, сотворенная неизвестным гением из разнообразных досок и кольев, способных остановить разве что слепого жирного крота.

Эннариэль (удивленно): А это что за прелесть?..
Фелис: Осмелюсь предположить, что это забор.
Айменель: А по-моему, никакой это не забор!
Альвен (с интересом): А что же?
Айменель (свирепо): Это издевательство над нашим чувством прекрасного!..

Альвен краснеет. Эннариэль злобно рассматривает созданный ею венок и незаметно выдирает-таки из него гриб боровик.

Эзелла: Не обижать ребенка! а то я… (пару секунд оглядывается) Вон тот дрын выдерну!..
Макс (печально): Не, пипл, за это нас в грибное местечко заарканят.
Эзелла: Ничего, не заарканят… (делает вид, будто в самом деле хочет выдернуть дрын… и тот выдергивается)
Таяна (ошеломленно): Во как!..
Эмми (кричит): Караул! спасайся кто может!

Все, кто может и кто не может, спасаются, сами особо не понимая, куда и зачем. В следующую минуту забор валится, подняв ужасающий грохот и тучу пыли. С полминуты виновники происшествия созерцают ими натворенное…

Айменель (бодро): А без него даже лучше стало!..
Римене (быстро): Гораздо лучше! правда, Макс?
Макс (важно): Как конституция.
Айменель (весело): Говорю же я, чистое надругательство над нашим чувством прекрасного!..

Пока все обсуждают верность исходного утверждения, Нефрит и Джедайт сообща обследуют территорию, загороженную до сей поры забором.

Нефрит: Ну, что там?
Джедайт (подбирает камушек и кидает): По-моему…

Прислушиваются к камушку. Тишина.

Джедайт: …все нормально.
Нефрит (осторожно пробует землю): Что самое удивительное, это правда!
Альвен (возмущенно): Разве так определяют?! (идет вперед) видите, все же нор…

Слышится звук падающей земли и удивленный возглас.

Эзелла (возмущенно): Детской организации на вас нету!!! (бежит вперед и провоцирует еще один обвал)
Фелис (неожиданно): А что самое страшное…
Ваф: Что?
Фелис: Да то, что я читал, что в данной местности проводится стройка.

Общий стон.

[Алексина]

Район 3.

К Таики, который услышал глас свыше, сбежалась вся команда с горящими глазами и целью во что бы то ни стало выяснить, где именно его нашло божественное провидение. Бедняга Таики растерялся, забыл все, что знал, и уже подумывал сам залезть на дерево, когда ему наконец-то задали дельный вопрос…

Лиллиан (деловито): Ладно, ребята, давайте определим хотя бы одно… под каким деревом это было?
Таики (долго и сосредоточенно вспоминает): По-моему… под липой!

В темноте не видно, как у всех вытянулись лица, но это имеет место быть.

Ами: А я лип не видела…
Фестин: А я видел! только это было возле школы…
Феанаро (ядовито): Я, кстати, дуб видел. И до сих пор вижу: вот он, передо мной. Нет здесь никаких лип, я эту аллею сам сажал!
Таики (еще ядовитей): А я о вашей деятельности слышал и кое-что похуже…
Феанаро (багровеет): А… а…
Лиллиан (быстро): Если здесь кто-нибудь есть, быстро подошел сюда и перестал нас дурить!!!

Все замолкают и ждут, пока их перестанут дурить. Желающих это сделать не находится, да вдобавок и фонарик гаснет…

Ами (вздыхает): Ну, давайте зажжем спичку и будем ей размахивать…

Район стройки.

Те же, в общем там же. В частности: Нефрит, Альвен и Эзелла сидят в яме на проложенных трубах, остальные аккуратно пытаются к ним подступиться. Лучше всего это получается у Айменель и Эмми, которые парят в воздухе, пытаясь рассмотреть, как бы вытащить узников обстоятельств. Те, кто летать не рождены, пустили вперед Макса с дрыном и следуют за ним. Кончается дело тем, что Джедайт спотыкается о дрын, орет и летит вниз…
Плеск воды.

Таяна (удивленно): Что это еще такое?!..
Дэн Стрэнджер (обреченно): Боюсь, это…
Фелис: …именно то, что все подумали.

Эннариэль включает фонарик, и через несколько минут все наблюдают великолепную картину: ров медленно заполняется водой, в которой с кислыми лицами плавают Эззи, Альвен и Джедайт, собственно, и спровоцировавший данное природное явление…

Район 3.

Характерное размахивание спичками привело к уничтожению трех коробков оных и массовому помешательству местных жителей: они никак не могли уяснить, что за звездопад с последующей дискотекой устроили в их парке. Больше ни к чему это не привело, что всех очень расстроило… А Таики опять нашло Провидение, хотя сам Таики его не искал. Он стоял себе спокойно под здоровенной сосной, невесть откуда сюда затесавшейся, и думал, правильно ли он поступил, поддавшись на уговоры друзей и явившись сюда. Решение складывалось явно не в пользу друзей… когда сверху неожиданно послышалось тихое "Парень, ты по деревьям лазать умеешь?"
–Ну…–замялся бедняга Таики,–в принципе, залезу.
–Тогда залазь быстрее!–скомандовал голос, и в темной громаде листвы что-то зашевелилось.
Напоследок простившись с жизнью, парень полез на дерево…
…откуда чуть не свалился, увидев кое-что почище ожидаемых демонов-грабителей-мародеров.
–Да не бойся ты,–с досадой сказало неизвестное науке существо гнусавым голосом.–Это я.
–Предупреждать надо,–упрекнула его жертва провидения, вспомнив, что она в годы юности видела и не такое.
–Я бы предупредил…–прогнусил Тэллас.–Если бы меня хоть кто-то слышал.
–Я слышал,–разумно возразил ночной гость.
–Вот и хорошо,–порадовался музыкант.–А теперь помоги мне снять противогаз, а?..
–А что ты… целый день в нем сидишь?–открыл для себя эту немудреную истину Таики.
–Немножко меньше,–остался верен бухгалтерской точности нандо.–Но этого хватило, можешь мне поверить!
–Кто здесь?–угрожающе спросил голос Феанаро снизу.
–Это мы!–ответил Таики за двоих.
–А что вы там делаете?–удивился нолдо.
–Сидим,–изрек поэт.
Тэллас покивал носатой головой и затих. Таики отмахивался от особенной агрессивной его косички…
–Ну, сидите, я ща к вам залезу,–пообещал Феанаро.
И залез.
–Ой, а ты куда?..–опешила подоспевшая Лиллиан.
–Я уже не куда, а где,–поправил государь, устраиваясь поудобнее на суку.–И здесь помимо меня…
Глазастое и носатое чудище радостно помахало ему прической и уставилось на него с искренней и глубокой надеждой…
–Ой…–сказал он и мгновенно забрался на самую верхушку ясеня, откуда продолжал наблюдать за дальнейшим развитием действия.
–Таики!–протестующе заорала Лиллиан,–это уже не смешно!
–Что?–поинтересовалась Ами.
–Твой муж тут костюмированный бал устроил!–заявила девушка.
Весь отряд собрался под ясенем и с возрастающим обалдением наблюдал за появлением из густой ясеневой листвы сразу трех рож, абсолютно разных, да еще и на разной высоте. Потом появились три руки и совершили одинаковые махательные движения.
–Ой,–хором ответили обитатели наземные.

А в это время оставшиеся поисковики, грязные, мокрые и злюшшие, тоже обнаружили перед своими носами аллею, зашипели, как клубок гадюк… и наткнулись на ясень.

–Айме!–радостно завопила Лилл.–А у нас тут караул!
–Какой караул?..–приступы удивления были настолько частыми, что уже никого не удивляли…
–Большой,–вмешалась Ами.
–Полный разгром,–довольно заметил Макс.–Гляньте, на меня клон резиновый полез…
–Это не клон резиновый,–сказал Фестин.–Это, оказывается, наша пропажа. Она целый день на дереве висела.
"Клон резиновый" сокрушенно закивал головой.
–Ну, давайте его снимать,–резонно предложил Дэн.
–Интересно, как,–с ветки свесились ноги Таики, занимающегося самоэвакуацией на землю.
–Пошлем Эмми… или виверну…–размышляла Таяна.
–Ну уж нет!–возмутилась Эмми.–Я вам не грузовой лифт!
Ваф состроил зверскую рожу и закивал.
–Тогда остается вариант второй,–вздохнула Лиллиан и позвала виверну.
–Кстати…–заметил Фестин,–у нас там еще и государь сидит.
–А он-то где?!–простонал Фелис.
–Во-он там…

[Алексина]

В школе.

На снятие урожая с ясеня и прибытие в школу ушло минут тридцать, но даже этого времени не хватило на то, чтобы снять с жениха противогаз…
–Ничего страшного,–печально сказала Ланта, встретившая делегацию на пороге со свечкой и Котом.–Зато буду уверена, что не изменяет.
Противогаз возмущенно что-то пронгудосил, но остался неуслышанным за главной проблемой сезона, выраженной в удивленном Максином:
–А где свет?
Феанаро все вспомнил и начал ненавязчиво удаляться в сторону своего кабинета, что у него получилось настолько успешно, что про него никто и не вспомнил.
Под покровом ночи творились страшные дела: главманбуха выдавали замуж за замглавманбуха, что главманнамо отметить спуском на землю отказался, как его ни уговаривали. Он заявил, что "вот едут партизаны полной луны", а его место здесь. И нигде более.
Фелис, которого обозвали волком (так он понял вышеупомянутое загадочное словосочетание), очень обиделся и сказал, что Намо–обалдуй. Древесный Питон забрался на столб и закачался на фонаре.
Айменель, Таяна, Лиллиан и Мелькор расставляли по кругу свечки: объединенная мандосская бухгалтерия решила отпраздновать свадьбу возле начальника. Начальник расчувствовался, пустил слезу и установил плеер на функцию громкой связи, что позволило всей компании насладиться звуками гимна Отцу Яблок, в котором большинство признало садовника.
Кот Романист, чистейшей души создание, на радостях нанюхался сандалового масла, тоже пустил обильную слезу и полез ко всем целоваться. Дэн эту идею не оценил и хотел дать ему по ушам, но в честь праздника простил и даже погладил по головке. Кот расчувствовался и подарил ему мятый гладиолус, завернутый в кусок газеты. Адресат рассыпался в благодарностях и тут же его подарил Намо. Намо сказал, что он тоже благодарен и передарил его Вайрэ. Вайрэ засунула его за ухо виверне. Виверна ничего не сказала, но цветок себе оставила.
"Партизаны полной луны" тем временем развернули две линии фронта, одна из которых занималась Лантой, а вторая–противогазом. Дела последней шли гораздо хуже…
На пограничной линии сидели на дереве приемные родители дубликата невесты, а внизу удобно устроился Макс и с громким "Я сотню раз опять начну сначала, пока не меркнет свет, пока горит свеча!!!" зажигал свечи. Песня была тем более актуальна, чем сильнее становился холодный ветер с моря.
Тевильдо и его сестренки сидели на танке и сосредоточенно рассматривали эту возню.
Альвен подклеивала к венку гроздь опят, а Ородрет сокрушался, ибо не мог найти ингредиентов для грибного супа, который никто не любил, ибо экс-государь до сих пор путал грибы. Поэтому Альвен за глаза провозгласили народной освободительницей.
Торжество, начатое вчера, завершилось далеко заполночь, когда с жениха ножовкой спилили противогаз и насильно спеленали голову смирительной рубашкой.
–Мама, что это такое?!–возмутился Феанаро.
–Я тебе не мама,–сказал Мелькор.–А спаситель от произвола косметических бюрократов.
–Ты бы хоть слова выучил…–вздохнул бывший король.
–Ты бы хоть сажу с рожи стер,–вздохнул нынешний Темный Вала.
На этом они расстались, чрезвычайно довольные друг другом, и впредь решили считать, что оба они–"парни мировые".
На улице же Макс уговаривал Намо слезть с дерева и поработать регистратором… Намо посылал всех подальше и еще подальше, чудом обходясь приличными словами, а Вайрэ с крайне расстроенным видом сидела рядом и просила у Эззи мегафон. Эззи занималась с дочерью уроками икебаны: ей опята тоже не понравились; поэтому за мегафоном побежал Кот, одержимый идеей творить добро. В итоге он разгромил всю кладовку, потому что мегафон никак не находился, и притащил микрофон, который без электричества имел столько же пользы, сколько сук, на котором сидела Вайрэ. Тогда Эмми свернула в трубочку газету и что-то на нее наколдовала, сказав напоследок, что через час "оно" перестанет работать.
Вайрэ испугалась и сообщила, что всем надо уложиться в час. Импровизированный мегафон сработал…
Началась давно репетируемая паника.
1. Потерялись цветы.
2. Потерялись фата и платье.
3. Нашлась фата, потерялись ботинки.
4. Нашлись ботинки, платье и цветы.
5. Потерялась фата и невеста.
6. Нашлась невеста–пропал жених.
7. Нашелся жених. Потерялся Кот.
8. Из кладовки донесся жуткий грохот.
9. Римене вспомнила, что хранила там стрихнин.
10. Все помчались в кладовку.
11. Нашелся Кот, восхитительно трезвый, и сказал, что валерьянка его больше не цепляет.
12. Потерялась Вайрэ.
13. Потерялся Намо.
14. Потерялось дерево.
15. Юрист предложил повеситься.
16. Айменель предложила все отменить.
17. Намо предложил сбежать отсюда.
18. Нашлись Намо и Вайрэ.
19. Потерялись цветы.
20. Нашелся Кот, доедающий цветы.
21. Кот сказал, что ромашки его цепляют.
22. Кот сказал, что ему очень хорошо.
23. Мандос снял Кота с высоковольтных проводов и выслушал его восторги.
24. Дэн дал-таки Коту по ушам.
25. Мандос снял Кота с подоконника второго этажа.
26. Мандос выслушал Котовьи замыслы по написанию поэмы "Ты берсерк и я берсерк".
27. С жениха сняли смирительную рубашку и запеленали ею Кота.
28. Обрывками смирительной рубашки Мандос завязал боевые раны.
29. Пропал Кот.
30. Пропала Римене.
31. Пропал жених.
32. Вернулась невеста.
33. Намо решил удавиться.
34. Мандос спас Намо и отпоил его валерьянкой.
35. Тевильдо сказал, что все вокруг хорошие.
36. Мандос привел Намо в порядок.
37. Намо сказал, что объявляет "их" мужем и женой.
38. Вайрэ спросила, кого.
39. Намо уточнять не пожелал и залез на дерево.
40. Фингон притащил брачующихся.
41. Все обрадовались.
42. Все пожелали им счастья.
43. Молодые спросили, что случилось.
44. Им сказали, что их поженили.
45. "Вот так всегда!–обиделась Ланта.–На собственную свадьбу позвать забыли!"
46. Их отправили в свадебное путешествие на крышу…
47. …и напомнили, что завтра уроки начинаются раньше обычного.
48. Намо всплакнул.
49. Кот вернулся.
50. Тевильдо и Макс спели дуэтом.

ДЕНЬ ДВАДЦАТЬ ВТОРОЙ. ЛИКВИДАЦИЯ ПОСЛЕДСТВИЙ.

Ночь. Крыша. Звезды.
Он и Она.

Он: И что у нас качественно изменилось?..
Она (грустно): Количество котовьих пьянок.
Он (удивленно): И все?!
Она (горько): И все.
Он (задумчиво): И какого черта мы все это устроили?
Она: Да никакого…
Он (деловито): Разводиться будем?
Она (радостно): Ага!

Через полминуты в окне Намо появились две знакомые рожи…
–Что это за демонстрация протеста?–спросил Намо, все еще сидящий на дереве.
–Намо!–радостно начала Лантарэль.
–…ты можешь нас поздравить,–закончил Тэллас.
Намо приготовил самую кислую гримасу из имеющихся в его арсенале.
–Мы решили…
–Развестись!–хором окончили оба новобрачных.
Раздался глухой удар.
Это Намо упал в Эммину свежевскопанную клумбу.

[Den Stranger]

*поскольку монитор уже раздолбан, бьются головой об гантелю*

[Алексина]

*спасает гантелю, попутно обещая связать себя смирительной рубашкой в этот же вечер*

[Emmy]

Наконец, нашла где остановилась, всё-всё накочала, вот приду через дня три и буду хвалить)))

[Ezella]

Алекс, моя в свуне, соседи в шоке))
ЗЫ. БГ форева

[Алексина]

Первоначальное сообщение от Ezella
ЗЫ. БГ форева

и пусть хоть кто-нибудь поспорит!

[Алексина]

ДЕНЬ ДВАДЦАТЬ ТРЕТИЙ. КОТ, ТЕВИЛЬДО, ДИССЕРТАЦИЯ И ДРУГИЕ НЕПРИЯТНОСТИ.

Намо, кажется, уже взял за правило пропадать каждый божий день, в одно и то же утреннее время, как только Макс, раскрыв огромные печальные глазищи, шел приветствовать рассвет песнями разных авторов и жанров… Поэтому Эзелла почти не удивилась, когда обнаружила, что вчера положенный в спортзал на три табурета (лавки пали жертвой неравных боев с Лантиными подопечными, решившими, что после свадьбы не ругают) Намо ныне благополучно на них отсутствует.
Зато с улицы доносился подозрительно интеллигентный грохот, не сопровождаемый, впрочем, Максиными воплями…
Эззи стало любопытно, что же за конец света смог отвлечь раритетный экземпляр хиппи от ежедневных концертов, и она тоже отправилась поприветствовать рассвет.

На улице творилось нечто сверхъестественное.
Если судить по теперешнему состоянию двора, Намо за ночь протянул от старого дуба к кабинету обществознания канатную дорогу, установил на нее старую тележку, и теперь вышеописанное сооружение испытывал Макс, счастливый, как блоха на пуделе, путем катания в тележке от кабинета к дереву. Дело закончилось тем, что у него закружилась голова, и он свалился в злополучную клумбу.
–Горе ты мое луковое,–вздохнула Вайрэ, хлопая непутевого внука по щекам и попутно пытаясь что-нибудь сыграть на его гитаре, наивно полагая, что это поможет.
Как ни странно, и в самом деле помогло… Максюта благополучно ожил, начал вполголоса напевать "Затопи ты мне баньку по-белому", но поскольку на сей призыв никто не откликнулся, переменил тему на лирическое "Лето-это маленькая жизнь". Намо включил плеер погромче и продолжал мастерить нечто из фанеры и гвоздей в непонятных пропорциях… во всяком случае, гвоздей было гораздо больше фанеры, и как бедный Вала при такой работе умудрился сохранить все руки целыми, остается загадкой.
А в школе сидел непривычно рано проснувшийся Кот Романист и, сосредоточенно прикусив карандаш и воздев глаза к текущему обшелушенного потолку, набирался вдохновения для написания следующей части мистического триллера "Брат-n".
"Дорогой мой брат!–начал Кот и снова завздыхал, грызя карандаш,–я безумно рад вновь писать тебе на обрывках телефонной книги. Что ж, дружба требует жертв, ибо это–любимая телефонная книжка Феанаро. Когда он узнает, что я с ней сделал, он на мне тоже кое-что напишет в тему моей диссертации… поэтому поимей ты, наконец, совесть и приезжай просто так, даже не за детьми, потому что я тут скоро свихнусь. Я понимаю, что самая большая ссора случилась у меня с моей же головой на заре моей жизни, но если ты не приедешь, я несложную практику агрессора начну сначала.
Римене и Макс передают тебе привет, а Тевильдо–песенку. Мы очень тебя ждали на свадьбу, чтобы ты тоже мог послушать, как здорово твой сын поет с Намо "Елизавету", но ты опять, как ты, наверное, предполагаешь, не приехал. Смотри первую часть письма и, умоляю, думай!!! потому что ты какой-то вареный стал. Ты мне даже не пишешь. Но лучше и не пиши, потому что карьеры корреспондента у тебя не получится. Если я и тяну кое-как на Ремарка, то ты на Марлен Дитрих–никак. Уж прости меня за такую бестактность.
И вообще, в твоем возрасте о детях не заботиться стыдно.
И не "уж кто бы говорил"! я, да будет тебе известно, ученый. А ты, извини, балда безответственная!"
Тут у кисы наступил творческий кризис. Оглянувшись по сторонам с целью удостовериться, что вокруг никого нет, он пихнул когтем в бок Тевильдо, который тут же невнятно засопел "You may travel far, far on the mountains…".
–Больше не дам тебе слушать этничку,–решил Кот и с интересом прислушался к дальнейшему лепету племянника.
Древесный Питон заинтересованно свесился с оконной рамы и зашипел.
–Она положила мне палец на губы и шепчет: делай что хочешь, но молчи… буббу…–тут сил Тевильдо на продолжение концерта не хватило, он обнял ножку стола и мирно засопел.
–Устами младенца глаголет истина!-важно изрек Кот и принялся сочинять письмо дальше:
"В общем, ты на меня не обиделся. Стирать я не могу, потому что бумага–на вес золота, я и эту едва выскреб из кабинета… а новую мы не можем купить, у нас все ушло на муку. И на ликвидацию теста–мы МЧС вызывали, они так сердились, когда выяснилось, что тесто еще и липнет ко всему на свете!.. это еще вопрос, впрочем, кто кого от теста спасал–мы спасателей, или они нас. Они совсем глупенькие, ничего про кулинарию не знают, а когда я им решил кое-что посоветовать, они обозвали меня чуркой мохнатой, барсиком и пушишкой. Мне ничего не понравилось, я обиделся и прокусил им шланг, из которого они нас пеной поливали. Так что теперь пеной залито все. Никому не нравится. Сами виноваты.
Тевильдо, сын твой, научился тут судьбу предсказывать.
А Ланта с Тэлом вчера развелись, да. Теперь у них все сначала, новая жизнь. Они друг другу пошли завтрак готовить–вот ведь умора! сейчас опять будут друг другу кухню уступать, пока не придет Нолофинвэ и не отлупит их полотенцем. Он вообще с утра злой, у него с утра начинаются приступы боязни высоты, поэтому начинает он с падения с кровати. А это, сам понимаешь, к веселью не располагает.
Короче говоря, у этих троих все хорошо…
А Намо сбежал от нас на дерево. Ему там хорошо, а нам–нет, потому что нам на дереве места не хватает. На прощание он вспомнил бедную молодость и стащил у Ли диск БГ. Ли дуется, Джед ее пожалел и перестал пересылать белые тапочки. Теперь он носит их сам и перестал жаловаться на насморк от холодных полов. От них только следы остаются очень нехорошие: Ли успела напоследок чем-то их залить. Ородрет очень ругается, но его авторитет после происшествия с тестом упал ниже некуда, так что его никто не слушает. Джеду немного стыдно, и он ночью решил пол помыть…
Короче, теперь я сижу по колени в воде, а твой сын напустил мне полную комнату корабликов, изведя на сие благородное дело мою любимую тетрадь. Мне не понравилось-учти, пожалуйста, что это прямой намек. На что, ты и сам поймешь, не маленький.
Так что приезжай, пожалуйста, твой талант может спасти для нас Намо, который полностью отказался от общения с внешним миром, обозвал нас партизанами полной луны,–вероятно, об этом ты уже знаешь,–и построил себе канатную дорогу до кабинета обществознания. Макс просто в восторге, однако его впечатления я пока описать не могу, ибо он пробует себя в роли цветочка. Лежит в клумбе, лапки кверху, и тихо что-то мурлычет. Блаженны психи, как скажут мои коллеги…"
Тевильдо, бултыхая лапками в воде, блаженно урчал и приставал к дяде с призывами послушать, как он весело клеит линкор "Ямато" из обрывков его диссертации. Обрывки были следствием тяжелого мыслительного процесса, осуществляемого малышом ночью, и имели вид совершенно ненаучный, ибо таких размеров они не могли приобрести даже при условии, что нек будет ими обедать, а потом выплюнет и запихнет в мясорубку… К счастью для них обоих (дяди и племянника), первый был настолько занят письмом, что не особо обратил внимания на занятия юного ученого. Юный ученый, в свою очередь, сосредоточенно занимался оригами, явно намереваясь поступать в клуб "Очумелые ручки".
Обладатель второй очумелой ручки вовсю ею работал, информируя брата о положении дел в союзном Мандосе.
"Но в данный момент из моих коллег в наличии один твой сын, а он еще и говорить не умеет–что там о законах цеховой солидарности!.. Короче говоря, мы все тебя очень ждем.
Связь понял?
И не надо…
Итак, после всего сказанного,–продолжал Романист, чувствуя, что скоро начнет повторяться,–мне остается сказать, что у нас все отлично, твой сын готовится пойти в военно-морское училище, для чего"
В этот день солнце не улыбнулось Коту Романисту. Он неожиданно обратил внимание на заметный факт: на столе что-то подозрительно мало папок, а кораблики Тевильдо чересчур исписанные какие-то…
–УАРРЯЯЯЯУУУУУУУУУ!!!!!!!!!–вопль такого содержания огласил школьные просторы примерно через три и девятнадцать сотых секунды, когда Кот связал два вышеприведенных события воедино и сообразил, на что покусился будущий Эарендил.
Макс вздрогнул, проснулся и потерял голос.
Намо дернулся и угодил себе молотком по пальцу.
Римене в штанах и простыне примчалась наверх с валерьянкой.
Лантарэль с ведром на голове рванула за Вестри.
…через десять секунд они и огнетушитель были уже на месте.
И даже Неф и Джед нашли в себе силы преодолеть два лестничных пролета в целях сохранения жизни и здоровья Нолофинвэ: до него добрались родичи непризнанного гения и попросили проводить. Для них это было очень вежливо, но нолдо жеста не оценил. Пришлось проявить некоторое моральное превосходство (именно тогда восстали ото сна те, кто не проснулся после первой голосовой тревоги)… от такого настойчивого приглашения алгебраик отказаться просто не мог.
Других сюда привели трагедии примерно сходного содержания: спал, упал с кровати, очнулся–Кот!.. по мелкомасштабным психологическим исследованиям выяснилось, что подавляющее большинство даже не помнит, как сюда добралось, и Мориса послали проверить, нет ли на лестнице его будущих коллег. День был счастливый: пострадал только Ваф, которого Вестри нечаянно стукнул огнетушителем. Впрочем, он не обиделся, потому что огнетушитель был пустой. У гнома сдали нервы: с тех пор, как у школы чуть не украли умывальник, он не обнаруживал ни одного целого огнетушителя. Про недавние приключения с Котом и его местью спасателям Вестри не знал, а потому удар по его и без того неустойчивой психике был сокрушителен.
Только что вернувшегося Мориса попросили отвести гнома в медпункт и там закрыть.
Они ушли и не вернулись.

[Алексина]

–Куда могут пропасть гном и мертвяк, если они пошли всего лишь в медпункт?–задал вопрос века Кот Юрист.
–Мандос, крыша, подвал, неки, мед…–немедленно сообщил Фелис.
–Последнее отменяется, иначе он уже был бы…–сообщил было Дэн…
И предреченное сбылось. Раскатистый, смачный грохот с прохладно-звонкими металлическими нотками глухо раздался под потолком, заставив воду на полу вздрогнуть от непереносимого восхищения. Чувства несколько отличные переживали все остальные, в первую очередь Эзелла, у которой в погибшем помещении остался кровью добытый справочник "Неизлечимые болезни или Клин клином вышибают".
Вошел Морис, прикручивая на место указательный палец с такой унылой физиономией, что его жалко стало.
–А где Вестри?–осторожно спросил его Нолофинвэ.
Затравленно-укоризненный взор бывшего архитектора обратился на нолдо:
–Там.
–Где?–уточнил Феанаро.
–Ну… в пункте.
–Один?
–Не-е-е-е….
–Серная Кислота!–угадали учителя. Кот заплакал, накрытый Максиной курткой, от которой страшно несло апельсинами.
–Ты что, всю жизнь одни апельсины ел?–удивилась Мако.
–Не, я там жил,–жизнерадочтно ответил бывалый хиппи.
–Где?..
–Да там, в продавалке… "Овощи-фрукты" именуется.
Все немного помолчали в честь апельсиновой промышленности. Кот молчать не хотел, сморкался, хлюпал носом и всячески мешал торжественной минуте. Он тяжело переживал потерю труда всей своей жизн, а потому Макс уже ненавязчиво отцеплял его от себя с целью передать Римене, а самому немного высохнуть. Коту было настолько хреново, что он даже не противился. Намовская тележка скрипела под окном: начальник Мандоса принимал самое активное участие в спасении бывшего ученого, для чего уже капал в стакан раствор валокордина с сахаром.
–А давайте сдадим Тевильдо в зоопарк,–предложил Фингон.
–Ты что, садюга?–проявил живой интерес к сыновним наклонностям Нолофинвэ.
–Я только учусь,–признал сей скромный гений.
–И где учитель?..–нехорошо посинел добрый папа.
Его сына, пока не поздно, отправили искать рыбу и валерьянку для психующего Кота, изведшего уже не одну куртку под носовые платки. Римене уже подыскивала следующего кандидата на обладание эстафетой года, отчаянно взревевшей при виде кошачьего портрета на стенке.
Немедленно было объявлено осадное положение. Римене с Максом и валерьянкой остались сторожить Кота, к ним для безопаности приставили приунывшую Макото. Остальные в это время проводили массовую ликвидацию изображений семейства кошачьих и зеркал, в то же время устанавливая максимальное сходство между кошачьими и представилями вида Гомо Сапиенс.
–А если не выйдет сапиенс,–откомментировала сие Эзелла,–то пусть будет хотя бы Гомо.
Совершенно убитые горем коты безо всяких обрядились в предложенные хламиды, расписанные жизнерадостными цветочками и орнаментами и, кутаясь в подшитой недавно бахроме, отправились показаться Максу–дизайнеру данных одеяний. Максу понравилось–насколько ему еще могло что-то нравится, кроме Грига и Моцарта. Ибо Кот переключился со слез на валокордин и валерьянку, выпил все, что смог найти, поделился с Римене,–и они запели.
–Полковнику никто не пишет!!!–солировал Кот, не попадая в ритм и явно имея в виду совсем другу песню.
–Полковника никто не жде-ет…–подтягивала Римене сиплым соправно, имея в виду именно ту песню, но не имея никаких шансов перепеть дядюшку.
Что дл Макса, то он вяло тренькал по пустым пузырькам ложкой, следя за их поведением и изредка издавал различные звуки: от тяжких вздохов до трелей больной канарейки.
–Ты неси меня, река…–орала новая фольклорная группа, раскачиваясь и шлепая лапами поводе. Макс четко последовал закону "всякое действие рождает противодействие" и активно принялся горевать, ибо ему вдруг стало до боли жалко диссертацию любимого дяди.

(После завершения учебного дня)
Внизу Айменель клепала потоки в своем классе: вода протекла и капала на дряхлый коврик.
Намо скрипел своей тележкой, напевал вполголоса нечто сакраментальное и радовался жизни.
Вайрэ сокрушенно качала головой, вышивая ему рубаху орнаментами наскальной живописи алтайских народов.
Ли Джайна старательно пыталась вспомнить, чем отравила Джедовы тапочки. Он сам сидел у нее на окне босиком и ждал завершения сего занятия, потому что тапочки едва отклеил от себя и вновь испытывать их прочность не хотел.
Привлеченный отдаленными завываниями Нолофинвэ прикатил к окну по новорожденной канатной дороге и поинтересовался, в чем дело. Макс ответил ему на любой возможный вопрос, но только не на этот, ибо "уууу", по протяженности схожее с разваренной лапшой "Доширак", не лучшее, согласитесь, объяснение причины траура.
Намо в отчаянии завернул полы мантии, влез в окошко и, набрав в ведро воды прямо с пола, обрушил ее на собственную внучку, вместе с которой под неминуемый обстрел попал и ее дядюшка…
Вмиг случилось три события, настолько быстрые и компактные, что указанного отрезка времени им хватило с лихвой. Это было:
-Возвращение голоса к Максу
-негодующий вопль обозленного Кота в полете на люстру
-общий счастливый вздох: кризис миновал.
(Вообще-то, сей последний поступок был уже лишним в расписании торжественной секунды, но его великодушно простили.) Кот болтался на люстре и–ни за что не поверите!–орал, как резаный. И, пожалуйста, не слишком удивляйтесь, если я скажу, что орал он совсем не про диссертацию вкупе с племянником, Эарендилом, Ульмо и всем военно-морским флотом…
–Я–потомственный ученый!!!–надсадно вопил усатый писатель.–Член союза анонимных а… бсурдистов и писателей! У меня дома жена и трое детей!..
Тут нежная совсеть Кота такого издевательства не выдержала. Он, как таракан, поджал лапки, и полосатым серым яблоком плюхнулся точнехонько на голову Намо. Тот проявил невиданное доселе терпение и потащил его с Максом и Римене кататься в тележке. Именно под их жизнеутверждающие вопли непереводимого содержания учителя созвали совещания с целью обсудить Великую Новость…
–"Дорогой Мандос!"–с выражением читала Лиллиан.–"Мы очень рады сообщить вам, что сегодня вечером вы приглашаетесь в Большой Валинорский Зоосад при Объединенной лаборатории Института Химии, Истории, Биологии, Математики и Экспериментальной Генной Инженерии ("ИХИБМиЭГИ"). Действие приглашения неограничено."
Учителя насторожились, поняв, что у охотников за умывальниками начался новый сезон.
–Мне кажется,–высказался Феанаро,–это международные террористы.
–Какие мы популярные,–мечтательно протянула Эзелла.
–Типун тебе!..–грустно сказал Тэллас.
Эззи обиделась и ушла в себя, закрыв дверь.
–Приписка!–обрадовала всех Эннариэль.–"Намо, ты дурак, но тебя за что-то любят. Вы с Ирмо пока идете вровень, но при продолжении членовредительства я"… Недописано…
–Хамло!–надулся Нолофинвэ.
–"Ваш Оромэ",–закончил Ваф.
Все затихли, осмысливая вышеприведенное сочинение.
–И все-таки мне кажется, что это террористы,–вздохнул Феанаро.
–Но сходить стоит,–возразила Эмми.
Сила оказалась на ее стороне.

[Алексина]

–Намо, мы уходим!–поставила в известность Валу Ланта.
–Да?–удивился тот.–Ну, погуляйте…
–Я тоже ухожу,–добавила Вайрэ.–Ненадолго.
–Ничего страшного,–разрешил начальник.–Я не соскучусь.
–Он что, смеется?–обалдела экс-главбух.
–Вряд ли,–усомнился Юрист.
–По-моему, у него псих,–радостно сообщила Айме.
Так как с ней шел Ключевская Сопка, никто протестовать не посмел.
–Но, по-моему,–высказался Феанаро,–псих сегодня у Кота.
С этим спорить тоже не стали.
–А по-моему,–вздохнул Дэн,–пусть это и банально,–мы опоздали.
Оказалось, что все это знали еще полчаса назад, но думали, что за пять минут добегут до Зоосада успешно, а потому решили не торопиться и дать Намо осознать потерю. В итоге ожидание за-тя-ну-ло-сь…
…и опоздание стало без-на-деж-ным…

[Den Stranger]

Гыыыыы))) Прелесссть)))
Требую продолжить тему линкора Ямато!!!!!

[Алексина]

пасибы)
а на линкоре пусть Намо по канатной дороге катается?..

[Den Stranger]

Просто мне этот линкор нравится)))) На худой конец сойдет Тирпиц или Бисмарк)))))

[Алексина]

а я его по названию выбирала)

[Ezella]

Вам не хватает только крейсера Авроры))

[Алексина]

почему это не хватает? вон он плавает! *тыкая пальцем в угол*

[Ezella]

А я там жвачку оставила! Прилепила к такой фиговине... *полезла за крейсером в воду*

[Алексина]

Это уже грузовой танкер какой-то получается...)

[Алексина]

–Большой синий крестик–это выход,–сообщил Оромэ.–В зоопарке никого нету, так что помощи ждать некуда. Всем сразу приходить к выходу необязательно, достаточно одного представителя команды, а остальных мы с воздухе высмотрим… сейчас вам раздадут рации, они работают на обычных батарейках–я подчеркиваю для особо любопытных.
–Я же сказал, что мы не взяли Тевильдо,–напомнил Джедайт.
–Я все понял,–тихо сказал ему Нефрит.–Он тупой.
–Правда?–задумался Джед.–А по книжке–бог…
–А где ты видел умного президента?–задал каверзный вопрос Неф.
–Ну а вдруг увижу?–его коллега был более оптимистичен и тут же принялся цепять на воротник подаренную рацию.
–Мечтать не вредно,–изрек бывалый демон, начиная вытягивать из рации антенну.
–Все, хватит мечтать,–рассердился Оромэ,–ищем выход и выходим, ясно все? Ясно все. И ни в коем случае не заходим в восточную часть зоопарка, там обретаются лабораторные опыты… мутанты, говоря нормальным языком. Вопросы есть?
–Есть вопросы,–заявил Таики.
–Ну?
–А почему мы в зоопарке, а не где-нибудь еще?
Оромэ засмущался, после чего выдал:
–Йаванна была последней, кто поверил, что все будет в целости и сохранности.
–Бедняга…–хором пожалели ее конкурсанты, справедливо полагая ее чаяния напрасными.
–Еще вопросы есть?–с опаской поинтересовался Оромэ.
Господа конкурирующие решили пожалеть хотя бы его и сказали, что вопросов нет.
–Я засекаю время…–предупредил Вала.
Не успел он договорить, мандоссцев и след простыл.
–А кто сказал, что надо бегом бежать?..

Уже через метров пятьсот, когда первое дыхание куда-то делось вместе с Максом, мандоссцы остановились и огляделись. Перекрестка не было. Макса, как известно, тоже.
Последнее волновало гораздо больше первого.
–Где этого обалдуя только носит?!–возмутился Джедайт.
–По-моему, где-то у коал…–застенчиво пробормотала Римене.
–Кто знает, как вглядит коала?–осведомился Тэллас.
–Я знаю,–сообщила Ами.
–Я, кажется, тоже…–протянула Макото.–Только вот коалы–это которые с пушистыми ушами или на лейбле Гринписа?
–Кажется, с ушами,–отозвалась Ами.
–А, тогда не знаю…
–Коалы серые, пушистые, с мохнатыми ушами и похожи на пьяных,–просветила всех алгебраичка.
–Неудивительно, что они ему понравились,–прыснула Эмми.
Неожиданно что-то затрещало, и голос Макса громко сказал:
–Ой!
–Что такое?–спросила Лиллиан.
–Коннект!!!–обрадовался глас небесный.
–Макс!–обалдела Римене, недоверчиво приглядываясь к своей рации.
–Коннект!–не унимался Максюта.–Ой, сестра, а это ты?..
–Судя по всему, да,–ответила за нее Айменель.
–А я сижу где-то в сарае,–поделился своим горем музыкант.–Здесь темно и как-то беспонтово… ай-яй-яй!–неожиданно испустил он истошный вопль.–Меня кто-то на вкус попробовал!!!
–Вкусно?–машинально спросил Кот.
Все на него зашикали, в ответ на что непризнанный гений грустно сообщил, что его тоже надо кормить, если кто не знал. Оказывается, все были уверены, что он находится на самообслуживании. Кот очень обиделся, отказался контактировать с внешним миром и натянул цилиндр на глаза, после чего тут же споткнулся о собственную ногу и полетел на землю. Пришлось Римене взять его за ухо, торчащее из дырки в цилиндре, и таскать за собой, чтобы хотя бы вернуть домой живым.
Кот впал в тяжелую меланхолию и прикидывал, что ему начать, чтобы отомстить всем остальным: психовать, учить китайский или вышивать крестиком. Вскоре победило вышивание крестиком.

Прошло уже десять минут, а перекрестка не было.
–Здесь кто-нибудь был до этого?–начала нервничать Вайрэ.
–Мы были,–сообщила Эзелла.–Но это было очень давно.
–И сколько тогда было перекрестков?
–По-моему, один…
–Или восемь?–озадаченно вопросил Нолофинвэ.
–А ты-то здесь как побывал?!–удивилась Ланта.
–Я? во сне…
–Ребята, меня сейчас съедят!–неожиданно заорал Макс из рации.
–Тьфу! вечно он где-нибудь найдет приключение…–расстроился Феанаро.–Ладно, я пошел.
–Куда?..–удивилась Римене.
–Спасать этого культурного деятеля, конечно!
После недолгого консилиума на столь увлекательную тему стало понятно, что на выручку Максу пойдут Феанаро, Лиллиан, Фестин и Римене. Последней пришлось расстаться с Котом, что огорчило его настолько, что бедняга немедленно запутался в собственном хвосте и рухнул ей под ноги. Нека споткнулась и упала на Нолофинвэ. Нолофинвэ упал за заборчик, отделяющий зрителей от верблюжьего загона.
Верблюды проснулись.
С такой скоростью бедный нолдо не бегал даже к Морготу в памятный день их свидания… Поприветствовав нового и безвестного рекордсмена по прыжкам в высоту без шеста, мандоссцы ударились в бега, ибо вебрлюды решили, что непрошеные посетители–лучшая мишень для оттачивания навыков оплевывания. Так как кандидаты в мишени сию честь не оценили, они почли за лучшее быстро убрать себя из поля зрения местных робингудов.
–А я?–расстроился Кот, поднимаясь и бросаясь за своими в погоню.
Верблюды, увидав, что дохлый потрепанный коврик возле загона оказался мишенью, радостно попытались употребить его по назначению. Поэтому до своих киса добрался уже порядочно оплеванным…
Через две секунды весь зоосад уже в подробностях знал биографию всех учителей школы при Мандосе. Оромэ покраснел.
Дэн Стрэнджер достал из кармана мешок, общими усилиями Кота запихали туда и взвалили на Мориса. Кот притих, лелея мысли о реванше.
Тут выяснилось, что Римене с ним расставаться не желает…

[Алексина]

спасиб)
ура коту!!!

[Алексина]

…Старому жирафу пришлось совсем не по душе появление неких неопознанных объектов, в довершение ко всему и орущих дурными голосами, явно предвещая появление себе подобных… это жирафу не понравилось еще больше. Он извлек свое тело из-под прикрытия сарайчика и, осторожно переставляя тонкие ноги, отправился в вечерний рейд по своим владениям.
–Рим, к тебе идет хозяин…–немедленно уведомил неку Феанаро, но это предупреждение несколько запоздало, ибо голова жирафа по старым добрым канонам поспела вперед ног, и пока пленница обстоятельств соображала, что ей делать дальше, жираф уже обнаружил вражий стан и решительно попробовал на вкус мешок с Котом. Римене опять совершила попытку приземлиться, остальные оцепенели… жираф внимательно прислушивался к своим ощущениям, медленно жуя мешок.
Феанаро оцепенения лишился первым.
–Вайрэ!–заорал он.–Вайрэ, у нас караул!
–Что случилось?–перепугалась Валиэ.
–Кот в мешке достался жирафу!
Эта фраза вызвала у нее кратковременный шок.
–Ну и что?..–спросила она пару секунд спустя.
Фенаро опешил:
–А если его сожрут?
–Кого?–еще сильнее удивилась Вайрэ.
–Кота,–ляпнул нолдо и решил уточнить:–Романиста.
Судя по реакции Валиэ, она совершенно перестала понимать поисковый отряд:
–Эру мой, что Романист делает в мешке?!–пролепетала она.
–Спасает нас от своего общества,–буркнул Фестин, но Лиллиан решила остановиться на более нейтральном варианте:
–Он там пишет стихи.
–Стоит вас оставить,–окончательно растерялась Вайрэ,–и сразу начинается черт-те что! Кот стихи пишет, жираф мешки жрет…
–Ты, главное, не волнуйся,–утешил ее Феанаро.–Конец связи.
–А почему ты ей про Намо не сказал?–поинтересовался Фестин.
–Потом скажем,–вздохнула более предусмотрительная Лилли.–Живой до дому доведем, там и скажем.
–Но он же здесь,–возразил нолдо.
–Значит, сама увидит.
–Лучше один раз увидеть,–назидательно протянул Феанаро.
В этот момент жираф дожевал до Кота…
–ВААААААААААААУУУУ!!!–заверещал мешок благим матом, насмерть перепугав жирафа. Он внезапно вспомнил, что на самом-то деле он всю жизнь был страусом эму, грациозной птицей с влажными добрыми глазами… это открытие настолько потрясло и захватило беднягу, что он заклохтал и попытался спрятать голову в песок.
–Кот, берегись!!!–заорали мандоссцы, перебудив все зверье в окрестностях.
–Жираф едва не отчитался. В этот момент ему захотелось стать орлом, но он был всего лишь жирафом, и ему оставалось только одно: бежать. С восхитительной небрежностью он перемахнул через заборчик и помчался в неизвестном направлении. Кот, раскачиваясь в мешке, утробно выл.
С такой сиреной бегун чувствовал себя, мягко говоря, неуютно…
–Намо, берегись!!!–заорали верноподданные педагоги, оценив опасность Судии быть перееханным жирафом.
Намо посчитал, что лучшим способом спастись от неизвестного науке зверя будет дико заорать и бухнуться ему в ноги. Жираф повернулся грациозно, как фигурист, и рванул в обратную сторону.
–Ты бы еще за ногу его схватил!–взвыл Феанаро, выполняя подобный маневр, и вся компания, с немалым удивлением обнаружив в своих рядах Альвен, помчалсь вдогонку за убегающей зверюшкой.
–А Макс?!–напомнила Римене.
По инерции продолжая преследование, Фестин спросил:
–А ты уверена, что он еще здесь?
–Макс, ты еще здесь?–обратилась к проверенному источнику нека.
–Скорее всего,–сообщил он.–Но тут все по принципу холодца…
–Чего?..
–Ни фига не понятно,–обрадовал ее брат.–И не видно, кстати.
–Может, он в стратосферу залетел?–предположила Лиллиан.
–Ты пока спускайся,–посоветовала девушка.
–Куда?–затормозил Макс.
–На землю, куда ж еще?
–Да тут какие-то бегемоты плавают…
–Нехорошая у него судьба,–пробормотал Феанаро.–Либо бегемот сожрет, либо я урою…
–Никого не надо урывать,–рассердился Намо.–Давайте лучше его спасем.
–А откуда мы знаем, где здесь эти долбаные бегемоты?–злился нолдо.–А учитывая его милую манеру изъясняться, не факт, что он отличает бегемота от броненосца!
–Броненосцы не плавают,–заметила Альвен.
–Мало ли здесь водоплавающих…
–И их станет еще больше, если кое-кто не перестанет пессимизировать!!!–разбуянился Намо.
–Между прочим, кое-кто висит у жирафа на шее и декламирует стихи о любви и смерти,–буркнула Римене себе под нос.
–Он инвалид,–решил Намо.–Ему можно.
–А если я ногу сломаю, мне можно будет?–коварно поинтересовался Феанаро.
–Дойти до дому на своих ногах–можно,–проявил невиданную жестокость Вала.
–Я его вижу!!!–неожиданно заорала Римене, углядев в паре метров пятнистую шкуру…
–Лучше б ты его не видела,–искренне пожелал Фестин, поворачивая к ближайшему столбу…
…За полминуты вся компания уже сидела на столбе, где был обнаружен пропавший Макс, а леопард-мутант, развалясь под столбам, чистил развесистые уши.
–Вот что ему под нами надо?–кряхтел Намо, оседлав фонарь, закрепленный на столбе.
–Может, он на стрелку приклоцал?–предположил Макс.
Остальные мрачно представили, чем им грозит леопардовая стрелка…
Шло время. Леопард, в отличие от него, идти не желал, развалился под столбом и нюхал большой мак, выросший у ограды.
–Он еще и наркоман!–грустно констатировал Намо.
–А может, цветовод,–возразила оптимистка Альвен.
–Может, цветовод,–покорно согласился Вала.
–Что ж нам теперь, ждать, пока у него цветочки вырастут?–тоскливо протянул Фестин, от души долбанув кулаком по фонарю.
Фонарь треснул, отвалился и элегантной шапочкой повис на ушах леопарда. Дальнейшее описанию поддавалось с трудом, гораздо легче рассказать о реакции наблюдавших свысока мандоссцев…
–А все говорят: гепард бегает быстрее,–недовольно заметила Альвен.–Надо сказать Ами, что она мне полку проспорила.
–Растаскивают школьное имущество,–расстроился Намо, обнимая столб.–Слышишь, Кот?..–обратился он к рации,–ты это тоже запиши.
–Что это он там такое пишет?–заинтересовался Феанаро.
–Хронику,–гордо объявил Намо.–Про нас всех.
Феанаро решил немедленно позаботиться о своей репутации:
–Тогда ты лучше не пиши, как я водопроводную трубу в Мандосе сжег…
Сказано это было вполне тихо… но не достаточно тихо для того, чтобы обострившийся от жизни на природе слух Намо не смог уловить сие знаменательное сообщение. Такого потрясения Вала не смог перенести: он решил свалиться с фонаря и лишить остальных своего общества.
–Ай-яй-яй!–заверещала Римене, хватая рацию и полетевшие было с ног Намо кеды.
–А я?–обиделся Намо, успевший зацепиться ногами за столб,–совсем не нужен, да?..
–Ты нам очень нужен!–пропыхтел Феанаро.–Но если я повернусь, то я свалюсь и буду шляться в Мандосе до Второго Хора…
–А я не буду?!
–А ты–Айну,–философски заметил нолдо.–Тебе ревоплотиться–раз плюнуть.
Намо немножко подумал, повисев вниз головой, чтобы усилить приток крови к головному мозгу…
–Раз так, хочу жить дальше,–бодро заявил он, возвращая себе нормальное положение в пространстве.–Специально вам назло!
–Ты еще язык покажи,–посоветовала Лиллиан.
–И покажу!–пообещал Намо, но в последний момент застеснялся и оставил подчиненных без этого великого зрелища.
Римене тем временем решил сделать общественно полезное дело: взять рацию и рассказать остальным печальную историю их плена на фонаре. Тут оказался против Кот, которому крики по параллельной линии, видите ли, "мешали сосредоточиться на творческом процессе"…
–А Румил, между прочим, мог писать даже с барабанной установкой над ухом!–сообщил ему Феанаро. И тихонько пробормотал:–Правда, только когда она молчала…
–Зато Юлий Цезарь…–перебила его Лиллиан и в свою очередь оказалась перебита Максом:
–Клевый был парень! столько дел мог делать за один присест…
–Оставим Цезарю его личную жизнь,–посоветовал Фестин.–Все равно уже не поможет.
Судя по лицу Римене, медленно приобретающему нежно-салатовый оттенок, это утверждение было верным, как закон всемирного тяготения: Кот готовился отстаивать свои права как творческой личности, да еще и представителя богемного меньшинства, что, согласитесь, при темпераменте милой зверюшки уже неслабо…
Если не сказать больше.
–Киса,–молвила свое веское слово Лиллиан,–а там внизу–такой милый купальный сосуд с… бегемотами, насколько мне отсюда видно. И один из них как раз надумал зевать, так что тебе на пути в его кишечник даже задерживаться не придется. Представь себе, как он рад будет!..
–А причем тут бегемоты, если он вообще неизвестно где?–тихо полюбопытствовал Феанаро.

[Алексина]

Но Кот, все еще не понимавший, куда его занесло, кажется, представил… Так как его фантазия, как всякого представителя богемы, оставляла желать худшего–во избежание травм–он оценил по достоинству свою участь и затих, решив посвятить свою жизнь хронике. Тем более, с его-то бурной фантазией, угрожающей всем окружающим в радиусе трех километров пожизненной госпитализацией…
На будущее он решил посвятить пару абзацев рукописи своей неудавшейся жизни.
Тем временем Римене посвящала несколько минут своей вполне удавшейся жизни собеседованию с Айменель. Вредный ее дядюшка оставил при себе право последнего слова–именно поэтому милая беседа поминутно прерывалась некоторыми загадочными возгласами на языках, половину из которых академик, судя по всему, придумал сам и с ходу.
–Айме!–стенала нека, рискуя совершить путешествие в желудок бегемота прямо вместе с рацией и ценными директорскими кедами,–скажи всем, что у нас все от… отменно паршиво!!! да!!!
–Стать тем, что никому не мило, о, стать как лед!–взвыл чуткий и гуманный Кот.
–Что это такое?–удивилась Айменель.
–КОТ!!!–заорала Лиллиан.
–Я не Кот…–пробормотала вампир сквозь помехи,–но у меня заложило уши…
–Аллё?–раздалось в рации через секунду.–Таяна на линии.
–Таяна!!!–заорала Римене.–Ты меня слышишь!!!???
Пауза повисла, как простыня на веревке.
–За пару минут до этого слышала…–послышалось с другого конца линии.–Но сейчас уже, боюсь, нет… сейчас дам Эмми.
–Это Эмми и я сейчас тоже буду орать!!!
–Ты у ж е заорала,–справедливо заметил Фестин.
–А нас меньше, так что мы выйдем из строя раньше…–продолжил мысль Феанаро.
–Но у вас есть Кот,–справедливо вмешался Ваф.–А его, судя по всему, очень много…
–Я живо-о-ой!–подтвердил эту гипотезу непосредственный виновник ее представления.–Я лечу по каналам любви…
–Видишь?–оскорбленно вопросила Эзелла,–он даже летит по каналам любви, а мы…
–Не по каналам любви он летит,–фыркнул Дэн Стрэнджер,–а на шее у жирафа в мешке едет. Я сам только что видел вон за тем вольером.
Римене не нашла ничего лучше, кроме как попросить:
–Передайте ему привет, пожалуйста…
Вооруженная мегафоном, Эннариэль набрала воздуху в легкие и громко, внятно и весело сказала:
–Кот! свои передавали привет! (с)
–Ни за что бы не подумал,–с интересом отметил Дэн,–что ты слушаешь фолк.
–Я не слушаю,–гордо сказала Энри.–А вот орки просто в восторге.
–Я вас тоже люблю,–сентиментально всхлипнула рация голосом Кота.–Хотите, почитаю то, что у меня уже получилось?..
–Как-нибудь в другой раз, пожалуйста…–попросила Альвен.–Сейчас нам позарез надо слезть со столба.
–Какого столба?!–остолбенели, пардон за каламбур, члены основной поисковой группы.
Пауза, на протяжение которой виновники столбняка пытаются охарактеризовать свое местоположение.
–Обычного,–наконец, нашелся Фестин.–Высокий такой, серый столб… бывший фонарный, а так как бывшим он стал с нашим обретением, нам надо быстрее отсюда линять.
Все вздохнули.
–Кстати, а Вайрэ-то где?–проявил беспокойство Намо.
–Вайрэ?–переспросила Лантарэль.–А… а она ушла дежурку искать! понимаешь, к ней в дамскую сумочку запрыгнул кенгуренок, и ей что-то не понравилось…
–Хотя кенгуренок был симпатичный,–задумчиво заметила Нару.
–В общем, она пошла заявлять на них в дом матери и ребенка, а для этого ей просто позарез нужна дежурка,–подытожил Тэллас.
–Я тот, кому никто не рад, носитель страшного проклятия…–неуверенно забормотал Кот. Лермонтов со скрипом перевернулся в гробу.
–Альвен, ты все еще на столбе?–пока суд да дело, решила осведомиться Эззи.
–Да, кажется…–вздохнула Альв.
–Тогда аккуратно,–последовал совет.–И не прыгай. Там внизу наверняка что-нибудь опасное.
–Ты угадала,–радостно сообщила ей дочь.–Там бегемоты… впрочем, ты могла понять, что Макс и что-нибудь безопасное–вещи несовместимые!
–Неправда,–обиделся Макс.–Я коал люблю… и львов!–немного погодя добавил он с восторгом в глазах.
–Они приходят к нам, когда у нас в глазах не видно боли, но боль пришла–их нету боле…–среагировал меховой академик.
–Не поняла связи,–удивилась Ами, имея в виду обе реплики.
–А у них обоих слухалки пушистые,–заявил хиппи.
–О господи… только львов нам не хватало!–простонала Эннариэль.–Держите его там, чтобы он в самом деле ко львам не полез!
–Если не полезет он,–буркнул Намо,–то полезут львы. На нас уже и так барс напал.
–Бедный леопардик,–произнесла Альвен.–Он так надеялся на хороший ужин–а он оказался сумасшедшим.
–Лучше быть сумасшедшим на столбе,–изрек мудрость Феанаро,–чем нормальным в животе.
–Слезайте там уже,–посоветовал ему Нолофинвэ,–а то мы окончательно скоро заблудимся… и вообще, по-моему, у них с фантазией нелады! второй лабиринт за неделю, по-моему, слишком…
–Ты не рассуждай,–принял эстафету советчика Намо,–ты выход ищи… а мы в крайнем случае воспользуемся несколькими козырями.
–Какими?–заинтригованно осведомилась Ланта.
–Да пошлем к ним Тургона стажироваться!–ляпнул Вала.–По-моему, наказание хоть куда!
Минута молчания в память о будущих погибших на стройке…
–По-моему, это очень негуманно,–стеснительно сообщил Морис.–Они могут подать на нас в суд за расовые предрассудки.
–Эхх…–Намо вздохом проводил мечту избавиться от нео-Растрелли в последний путь.
И в тот же момент над зоопарком прогремел трубный глас:
–КОНКУРС ЗАВЕРШЕН!–возвестил он таким тоном, что бегемот, собравшийся зевать, вывихнул челюсть.
Альвен, начавшая было героический спуск вниз, быстренько вернулась на прежнее место, решив, что лучше закончить конкурс в дежурке с выговором, чем внутри бегемота с кишечными палочками. Остальные ее решение одобрили, и только Римене была грустна: она все же упустила дедушкин кед в раззявленную пасть, что побудило его осторожно нацепить оставшийся ботинок на его привычное место: левую ногу. То, что ботинок предназначался ее антиподу, Валу не смущало ни в коей мере, ибо кеды он систематично разнашивал вот уже три Эпохи.
–Держитесь, народ, за вами уже полетели!–предупредила рация голосом Вайрэ.–И не смейте никуда прыгать!
–Мы уже прыгнули,–неудачно пошутил Намо.
–Неправда,–сообщила Валиэ.–На том свете рация не работает, у нее сбоку написано.
Несколько секунд молчания хватило на то, чтобы Римене детально проштудировала инструкцию на черном блестящем боку рации.
–Ой, и в самом деле…–подытожила она наконец.
–Чтоб я еще раз в зоопарк пошел!..–пробормотал Намо, зачем-то хватаясь за шнурки кеда.–Лучше сразу в…
-Куда?–поинтересовался любознательный Макс.
–Не скажу!–заявил Вала,–чтоб вы теперь до конца дней ваших мучились в поисках ответа…
Реакция неправедно обиженного хиппи потонула в шуме вертолетном, источник коего преспокойно кружил над зоопарком, разыскивая пропавших героев.
–Ну что, господа,–заорал Феанаро,–затаимся или пускай их находят?!
–Лично я за последнее,–высказалась Лиллиан,–потому как очень уж меня нервирует вон та картинка внизу…
Мандоссцы с уважением воззрились на розовую глотку бегемота.
–Жаль, нету Эззи,–вздохнула Лилл.–Она бы ему живо челюсти обратно свернула…
–На всякий пожарный: мы думали, что это он специально,–предупредил коллег Намо, карабкаясь вверх по веревочной лестнице, неохотно спущенной к фонарю пилотом…

Естественно, без приключений не обошлось даже здесь: напоследок, как привет и память, Римене уронила рацию. Угадывать, куда приземлился бедный прибор, я даже предлагать не стану, ибо понятно и без того–дни свои он окончил в желудке млекопитающего, для которого в жизни настала воистину черная полоса…
–Странно,–пробормотала Лантарэль, в этот момент пытавшаяся с нею связаться,–дайвингом они, что ли, занялись, все булькает…
С тех пор на рации перестали писать "на том свете не работает".

–Да нам за это надо деньги платить, как за научное открытие!–возмущалась потом Макото.–А они…
–…в электричке уехали…–передразнила ее Ли, пребывавшая под впечатлением от просмотра советских мультиков.
–Не пущу тебя к телевизору!–пригрозил Нефрит, который из-за нее третий день не мог досмотреть сериал "Из жизни астрономов".
–А я… а у меня приемник в комнате стоит!–ничего лучше Рейнджер не выдумала, что и привело ее к горестному молчанию в поисках достойного ответа на следующий раз.
Кот сидел в мешке и с фонариком писал письмо…

[Алексина]

Хроники Кота. Письмо брату, Коту Ученому.

"Дорогой мой брат!
Так как от тебя ни слуху ни духу, и я серьезно сомневаюсь в твоем существовании, я тебя пока злить не буду, ибо папа морально не готов к твоему визиту. Его только что едва слон не прожевал… слава Эру, наш брат Юрист оказался гораздо шустрее слона и успел пихнуть ему в хобот корыто. За это корыто нас много ругали… зато меня сегодня хвалили, да. Я знаю, что ты мне не поверишь, но это правда! я с утра капли в рот не брал! Уже, согласись, подвиг…
Просто твой идиот-сын пустил на линкоры всю мою диссертацию, и если ты завтра же не заберешь его от меня подальше, я не знаю, что с ним случится!!! может быть, он станет походить на помесь телевизора с кенгуру (ты их знаешь, их еще по телевизору показывали, там еще пылесос был…), а может быть–на меня с перепоя. Ты знаешь, что так травмировать детскую психику нельзя, а поэтому приехал бы по-хорошему, а?..
Но все-таки я–герой…"

Хроники Кота. Письмо Лёкс.

"Дорогая наша общая знакомая!

Я заранее знаю, что брат меня не послушает, а потому уповаю на твое влияние на этого себялюбца… скажи ему, чтобы он, наконец, осчастливил меня своим визитом! И можешь еще добавить, что если он не послушает, я буду задалбывать его, пока он не будет готов в другую галактику прибежать… потому что его сын будет к тому времени именно там.
Я не понимаю, почему вы, существа отменной щедрости, пожмотились на мозги этим чудам науки и техники!!! я понимаю, что моего отца часто упрекают в подобной жадности, но я хотя бы ручку в лапах держу, и карябаю ей по газетке, но этот феномен!!! Даже у меня, гения, слов не хватает для описания этого сложного клинического случая.
Все, я придумал.
Завтра же я отдам ео Ирмо–он мне страшно благодарен, потому что я спас его от смерти. Хотя, возможно, это был вовсе не Ирмо… если бы в Лориене проводили конкурс двойников, победили бы все поголовно, я уверен, но суть не в том. Суть в другом… я пришел в себя на вершине телеграфного столба, который качался и пытался меня прожевать. Тогда мне вспомнился Стивен Кинг, и я закричал от ужаса, но дальше обнаружилось, что мой столб боится меня ничуть не меньше. Я преодолел приступ ужасной морской болезни, которой заразился от одной нашей общей знакомой, которую ты не знаешь… но суть, опять же, не в этом. Суть состоит в том, что я писал, писал и писал, а столб мчал меня в ночь!
Голос таинственной девушки сказал мне, что снизу–бездна адова, полная тварей, и я ей поверил. Шерсть на загривке встала дыбом, и я почувствовал непреодолимое желание написать что-нибудь хорошее. К несчастью, мне приходили на ум лишь чужие строчки…
Опять все было не так!!!
Я взвыл трагически и написал стихотворение, очень красивое, но абсолютно бесполезное, и тут же его забыл. Солнце сквозь нитки мешковины светило мне прямо в лицо, приближаясь к закату… по-моему, я отошел от темы.
Но самое главное, Лёк, состоит в том факте, что все кончилось отлично! перегнав всех, кто был в зоосаде, мой столб вдруг обратился в моем сознании в жирафа, это очаровательное животное, и перемахнуло через черту, отделяющую зоосад от нашего бренного мира… я понял, что мы нашли ворота первыми!
Но это были НЕ ТЕ ВОРОТА.
Они вовсе были закрыты, и как мы преодолели их, для меня–тайна за семью печатями…
(Ты, кстати, обратила внимание на мой изящный слог? если нет, я обиделся!)

Твой любящий друг,
Кот Романист.

PS. Ладно, я договорю, а потом уже обижусь…
В общем, теперь-то я трясусь в некоем мешке за какой-то спиной, постоянно ушибаясь об позвоночник. Эзеллы на него нету, она ему быстро спину выправит… но дело не в Эзелле. Дело в том, что меня ловили четырьмя вертолетами, а по сему поводу я горд. Приезжайте и разделите наш триумф. Ради такого я стащу у Лилли банку кофе, хотя она меня, безусловно, убьет.
Но оть на поминки-то вы приедете?! потому что это будет для меня лучшим посмертным подарком!!!
А брату моему передай, что если он не выполнит и этого последнего завета (смотри-ка, в ритм…), то я буду являться ему, пока… пусть тепер сам догадывается, что случится в этом случае.
А если будет интересоваться моей участью (чудеса ведь на свете бывают!), так скажи ему, что меня нашли только после привлечения к делу восьми самолетов с прожекторами и всех моих коллег, а жирафа до сих пор ищут. Если увидите–не пугайтесь.
Ну все, теперь обиделся.
Ваш друг Кот Романист, с наилучшими пожеланиями поскорее прибыть."

[Den Stranger]

Вай, вай, вай!!!!! Бедный леопард, бедный жираф, бедный бегемот!!!! И вообще сие надо бы кидать в Зоопарк а не сюда))))

[Реми]

Алексина все просто классно. Пишите.
И побольше Феанора, с женой и детьми (ну, это болезнь такая, простите)))))))))))).

[Ezella]

Алекс, свунно!
Прально, и Феанора побольше, и вообще всех побольше)))

[Алексина]

Дэн, мы несем Зоопарк в массы! =)
Эззи, Реми, пасибы. Феанор будет... не обещаю, что очень много, но будет)

[Алексина]

ДЕНЬ ДВАДЦАТЬ ПЯТЫЙ. КОТ БЕРЕТ РЕВАНШ.

–Фелис… Фелис…
–Во-первых, я не Фелис, а Намо,–сказал Намо.–А во-вторых, хоть раговаривать научись нормально!
–Я учись!–протестующе завопил Тевильдо.–Я вчера очень учись, а потом зашло в столо… столо…
–…вую,–окончил Вала, чувствуя, что надолго его не хватит.
–Да!–согласился малолетний вундеркинд и продолжил свою душещипательную историю:–Я зашла…
–Я зашел,–поправил его дед.
–Я зашел,–покорно повторил Тевильдо.–Я за-шел… зашел в столо-вую… и смотрить: на столе стоит зда-а-аровующая бут… бут…
-Бутса?–слабым голосом вмешалась Римене, как раз пробудившаяся от очередного приступа сонливости.
–Бут…–продолжал мучиться котенок.–Бутттт…
–Бутусов, Вячеслав?–предложил Тэллас, уже полчаса страдающий из-за отсутствия наушников, подвергшигся атаке юного гения не далее четырех часов назад. Пятиминутного общения вышеуказанного лица с бедным ребенком прогресса оказалось для последнего пределом его умений. Поэтому Тэл гарантийно лишился возможности слушать по ночам музыку, что его весьма расстроило.
Тевильдо не любил никого расстраивать и делал это лишь по недомыслу… но злющий Тэл этого не понял, ибо находился в невменяемом состоянии, а потому нек нашел единственный возможный выход из этого положения: ударился в бега. Бега проходили по всей школе, в час ночной, и это вызвало живейший отклик у обитателей здешних мест. Первой обнаружила, что кое-что здесь не так, Альвен–она искала в подвале привидений, но вместо этих интереснейших созданий обнаружила только упарившихся бегунов, которые сами точно не помнили, чем вызвано их теперешнее занятие. Естественно, они остановились и стали выяснять отношения… Тэллас, естественно, обвинил Тевильдо в противозаконных действиях, направленных на казенные наушники. Тевильдо, в свою очередь, на языке Кота Романиста, перемешанного с феанаровским физическим жаргоном, объяснил ему, что ничего такого не делал.
На пару минут воцарилась тишина…
Потом Альвен заметила, что Тэл зря обижается, "наушники–это фигня, а киска теперь разговаривать с нами будет…".
Хозяин бывших наушников вынужден был выдать ей страшную тайну: теперь в наушниках есть осветительный аппарат, лазер и фотоаппарат. Они одновременно проверяют, нет ли у владельца ушных болезней, играют музыку, сопровождают это световыми эффектами, делают операции и, черт подери, все это фотографируют!
Альвен сказала, что светящиеся уши–это прикольно.
Тогда они вместе пошли собирать влиятельный ареопаг, который сейчас, в предрассветных сумерках, и парился в актовом зале, пытаясь сообразить, что же от них требуется… рады были только Эзелла и Альвен. Первая–потому что ей подарили наушники, и она вела поиски добровольца, на котором их можно было опробовать, вторая–за Эззи.
–Какой Бутусов?!–надрывно взвыла Лантарэль, которая оказалась в числе несчастных дегустаторов, которых Лиллиан угостила своим новым фирменным кофе.–У нас есть только Макс, и тот в честь дедушки!..
–Не волнуйся, не волнуйся,–примирительно сказала Вайрэ.–Продолжай, внучек, кого ты там увидел?..
Доброе слово развязывает язык получше выпивки: Тевильдо вспомнил слово "бутылка" и немедленно ввел его в свой активный лексикон. К тому времени, когда поток его восторгов удалось кое-как прекратить, не в меру счастливый ребенок успел повторить это слов не менее ста восьмидесяти раз. Со скоростью примерно в шестьдесят слов за минуту…
–Весь в дядю,–вздохнула Римене.
–Кстати,–вспомнила Ланта,–а он-то где ошивается?!
–Его Нолофинвэ караулит, мы очередь установили,–вздохнул Тэллас.–Сегодня он слушает его шедевры, завтра–я… вопрос в том, кто раньше погибнет на этом почетном посту.
–А я никто не слушаить?–возмутился Тевильдо, совершенно забыв про грамматические нормы.
Римене в ужасе заснула. Эмми, чисто из чувства противоречия, немедленно проснулась и сообщила:
–Работать с тобой и работать… как не в лаборатории родился!
–Мну родились в инкубаторе!–гордо объявил плод эксперимента.
–Единственное слово, которое он произносит правильно…–отметила Римене. После этого они с Эмми погрузились в сон, причем последняя воспользовалась Вафом как подушкой. Нека, за отстутствием более подходящего варианта, устроилась на плече Тэла, совершенно поле этого сникшего, ибо на другом плече благополучно удалилась в царство глюков кофеиновая Лантарэль.
–Ну, увидел ты бутылку,–вспомнил о первоначальном задании Намо,–а дальше?
–Бутылка был полная валерьянки!–последнее слово было произнесено очень смачно и с характерными интонациями фразы "Карету мне!". Дитя науки выразительно уставилось на родственников, явно рассчитывая на овеществление своего заявления.
–Нет, во владения Ирмо ты отправишься потом,–пообещала ему Вайрэ.–А пока не отвлекайся лучше.
–Я взял бут… бут… бут-ыл-к-ку!–гордо выговорил он,–и принял вовнутрь.
–Чему тебя дядя учит…–вздохнул Ваф.
Тевильдо застеснялся.
–Проехали,–попросил Намо, серьезно заинтересованный в скорейшем окончании допроса.–Дальше давай, внук!
–Принял вовнутрь,–повторил внук, страшно гордый собой и своими лингвистическими познаниями.–А потом я хотет послушать ноты. Я слышал, у он,–нек ткнул пальцем в Тэлласа,–иметь ноты, и пошел к нему. Он собрался спать, а мы прошло сквозь дверь… в дверь… в ком…
–…нату,–хором отозвались сонные Ланта и Эмми.
–Комнату!!!–восторженно возопил Тевильдо.–А там сидело он и это… это…
На сей раз никто не понял ничего, пришлось сидеть и подражать почетному караулу в ожидании разрешения нека от словесного бремени. Тот мучился.
–Это… а!!!! он читала книги!!!!
–Лучше б ты ничего не говорил,–от души пожелала Эмми.
–Семи бедам не бывать, одной не миновать,–совершенно правильно изрек Тевильдо и вновь, к величайшему огорчению собравшихся, перешел на дикую смесь языка Кота Романиста с чем-то совершенно варварским.–Я взял ушни… ушни… нау… кккииии… науш-ники!!!! и пошидти к меня. Я музыку слушал долго, пока не на… на… надел…
–Наушники, что ли?–удивился Ваф.–Нелогично.
–Надоело!!!–отозвался восторженный Тевильдо.–Пока не надоело, а потом я их поч… починил.
–Ни фига себе починил,–протянул расстроенный Тэллас.
–Починил,–настаивал его дальний родственник по бывшей супруге.–И дать решил он. Но он не п… п… п…
–Понравилось,–подсказал Тэл.–Не понравилось мне это знатно…
–Не понравилось!!!–немедленно подтвердил Тевильдо.–И мы бежать. ДОЛГО бежать, пока не пришидти Ал… Ал… Ал…
–Аллозавр?–устало спросил Намо.
–Ал…–страдал его внук.
–А!–догадалась Альвен,–я, что ли?
–Альвен?–попытал счастья Вала.
–Альвен,–обрадовался Тевильдо.–И мы… пошид… мы пошли!!!!! пошшли! пошли! пошли!.. пошли! пошли! пошли!
–Пластинку заело,–сказала Вайрэ и налила себе кофе.–Будет кто-нибудь?
Все мрачно посмотрели на это изобретение Лиллиан, но до рассвета оставалось совсем мало времени, а следовательно–для пробуждения любые средства хороши. Поэтому вереница желающих потянулась к белому кофейнику, чтобы напитать себя божественной отравой.
–Пошли!–продолжал удивляться богатству родной речи новоразговорившийся.–Пошли! пошли!
–Смотрите кто заговорил…–удивился Джедайт, решивший встать пораньше.–А что, сегодня праздник?
–Нет, сегодня день моей смерти,–заявил Намо, неожиданно ставший пессимистом.–Это чудо технического прогресса в один прекрасный день меня угробит!
–Сегодня совсем не прекрасный день,–пожала плечами зашедшая на запах кофе Айменель,–по-моему, и дождь собирается, и вчерашний конкурс так себе был, средней паршивости…
–А еще через стенку от нас сидели наш дорогой котик с нашим не менее дорогим Нолофинвэ,–фыркнула Таяна,–и вели очень оживленный спор о достоинствах некоего литературного стиля, который страшно им не понравился.
–Обоим?–уточнил Джедайт.–Так чего ж они тогда спорили?!
–Ты чего,–удивился Намо,–Кота не знаешь?..
–Мы его узнали очень хорошо,–заверила остальных Айменель.–И потребовалось для этого совсем мало времени: какие-то два часа!.. всю оставшуюся ночь мы наслаждались плодами изобретательности Лиллиан, иначе случилось бы страшное!–вампир развела руками.
–По меньшей мере убийство,–подтвердила Таяна.
–Пришлось спасать…–вздохнула Лиллиан.
Все трое прошли к креслам и устроились в них на добровольное бдение до рассвета.
–Спасли бы вы нас от этого стихийного бедствия…–замечтался Ваф.–Век были бы благодарны.
–Он что, разговаривает?!–дошло до невыспавшихся девушек.
–Увы!–вздохнула Римене, проснувшаяся на время спокойной беседы.–Но я чувствую, что долго мы такие лишения терпеть не будем… мой бедный организм этого не вынесет.
Тут ее братишка вознамерился продолжить свою речь, и нека с завидной скоростью отрубилась.
–Покидают нас рабочие кадры,–вздохнула Вайрэ и потерла лоб.–Ну, варим еще кофе?..

[Алексина]

Уже к полудню рассказ Тевильдо благополучно кончился, чему был несказанно рад в первую очередь сам рассказчик, ибо целую перемену репетировать следующую часть он просто не мог. Остальные же не могли спокойно вести урок, предвкушая новую порцию чудовищного собеседования. В конце концов Дэн не выдержал, отобрал у Кота словарь и сообщил Тевильдо, что совсем бы неплохо было прочитать его хотя бы за неделю…
Добросовестный нек читал словарь уже четыре часа, а учителя наслаждались заслуженным покоем… Лиллиан варила кофе с запасом, Макс сидел рядом, наблюдал и изредка пытался припомнить рецепт бальзама Кахара, одновременно отказываясь от чести быть внуком Макса Фрая, которую ему настойчиво предлагал Намо, в последнее время чересчур подкованный для консерватора-повелителя мертвых.
–Нам письмо,–радостно заявил отлучившийся Фингон и тут же убежал, чудо не забыв оставить конверт.
–А чт-то эт-то он н-нервный т-такой?–спросил Нолофинвэ, прижимая руку в глазу во избежание рецидива нервного тика.–Он же у К-от-та не д-дежурил...
–Да я ему предложила ухо вылечить…–обиженно протянула Эззи.–А он чего-то испугался. Не понимаю!–вздохнула она, кладя супер-наушники в карман.–Но все-таки твой брат, Рим, это нечто!
–Я бы даже согласилась с этим,–буркнула сонная нека,–если бы он был не здесь…
–Письмо!–тоном конферансье возвестил Фестин.
–Письмо,–кивнул Нефрит.–Такое впечатление, будто мы письма редко получаем…
–Может, это письмо от Кота Ученого?–предположила Айменель.
–От моего сына?!–восторженно охнул старый Академик.
–От брата, от нашего единственного утешения, который сгинул неизвестно где…–автор этих слов в представлении, думаю, не нуждается… если учесть, что Романист сидел себе и писал хронику.
–Нет,–разочаровал всех Намо.–По-моему, это от Оромэ.
–В точку,–кивнул Фестин.–Ну, читаю?
–Читай,–разрешила Вайрэ.
–"Здравствуй, Намо! Здравствуйте, все остальные!"–начал лаборант.–"Вообще-то, я вам писать не думал, ибо вы все у меня в печенках сидите вместе с вашим стремлением обеспечивать свои Чертоги лишними жильцами… но деваться уже некуда, я вам пишу."
–"Чего же боле…"–мечтательно процитировала Эмми.
–Нет, этого здесь нет,–машинально отозвался Фестин, с трудом продирающийся через колючую проволоку почерка Оромэ.–Зато здесь есть… блин…
–Блины–это хорошо,–изрекла Вайрэ.–Пойти, что ли, вспомнить молодость…
–Молодость–это тоже замечательно, но лучше не надо,–сморщился Намо.–Просто мне постоянно вспоминается, как мы в Мандосе шкафы собирали.
–О подробностях лучше не спрашивайте!–убито взмахнула рукой Валиэ.–И все-таки пойду займусь чем-нибудь общественно полезным…–она тихонько, чтобы не отвлечь Тевильдо от зубрежки словаря под руководством Тэлласа, выбралась из актового зал и направилась в столовую.
–Письмо,–предупредил остальны Фестин.–То есть, либо я его дочитываю, либо тоже иду заниматься общественно полезными делами, которых у меня полно!
–Читай,–выразил общественное мнение Феанаро.
Так как с королем Фестин не спорил, пришлось читать…
–Этот Оромэ, право слово, как пыточный механизм!–напоследок предупредил он остальных о масштабах бедствия,–мало того, что новости вечно плохие, так и пишет он еще хуже!
–Чем быстрее начнешь, тем быстрее кончится,–напомнил Намо, которому постоянные напоминания о любимом родственнике тоже изрядно надоели.
–"Я вам пишу,–послушно продолжал эльф.–В первую очередь, чтобы сообщить, что справедливость восторжествовала, вы от Лориена отстаете. Если кому интересно, то почти на двадцать баллов. А во-вторых, жирафа мы не нашли, и если не найдем до сегодняшнего вечера, то искать его будете вы. Надеюсь, вам все понятно, так же, как и то, что с этого дня конкурсы будут ежедневными. С любовью, если можно так выразиться, Оромэ."
Минута молчания, посвященная сообщенному, надолго не затянулась: ни у одного мандоссца в роду прибалтов не наблюдалось… Первым среагировал Намо, очень болезненно воспринимавший падение международного престижа его апартаментов.
–Подумаешь, какой-то зверолов…–попыталась его утешить Лантарэль,–ничего страшного, он нам и в подметки не годится…
Намо, вверх тормашками висящий на люстре и сосредоточенно медитирующий на платяной шкафчик, меланхолично на нее воззрился и с тяжелым вздохом продолжил путь в нирвану.
–Но все-таки,–громко сказал Академик,–мы от него мало чем отличаемся, а знаете, почему?
–Почему?–рассеянно спросил Тэллас.
–Потому что у нас очень много кошек и удав…–перебила кота Макото.–Удав… б-был…
–А теперь он где?–тихонько поинтересовалась Нару.
Мандоссцы поежились, представив, что рептилия на данный момент благополучно ползает где-нибудь по школе… но деваться от этого было уже некуда.
–А может, он давно уже уполз,–мечтательно протянул Намо.–Свобо-о-о-о-да!–неожиданно запел он дрянным тенором.–Гаудеамус ювентус дум сумус!!!
Тэллас вздрогнул и заткнул уши. Тевильдо уронил словарь и потерял закладку, отчего захныкал самым жалобным образом.
–Чего?–переспросила Эмми.
–Га-аудеаму-у-у-у-ус…–неуверенно затянул Вала, раскачиваясь на люстре.
–Зря я это спросила,–справедливо заметила девушка.
–Давайте его хоть снимем,–предложил Нолофинвэ, все еще держась за глаз.–А то денег на люстру, сразу говорю, нету…
–Воистину нету,–мрачно кивнул Вестри.–Пойду Вайрэ скажу…
–Что у нас денег нету? брось, она сама знает!
–Зато она не знает, что у нас тут случилось,–заметил гном и ушел.
–Ну, Тэл…–скомандовала Ланта, вставая на стульчик,–я его сниму, а ты принимай.
Немедленно выяснилось, что так просто снять директора с люстры не получится, ибо подвергшийся диверсии Намо на такое варварство согласен не был. Сначала он попытался отстреляться тапками, но, в связи с ограниченным количеством снарядов, атака вскоре захлебнулась.
Ланта вылезла из-под стула и, пока Феанаро снимал тапки с росшего в углу чахлого фикуса, предприняла вторую попытку по спасению начальника. На сей раз он пустил в ход свое умение качаться на люстре… и случилось то, что должно было случиться при любом раскладе: что-то хряснуло, и люстра оборвалась. Какое чудо помогло Тэлу и Нефриту оказаться первыми препонами на пути Намо к родному полу, осталось невыясненным… на полу образовалась небольшая куча мала, тапки накрепко уцепились за фикус, а Эмми, которой Нефрит наступил на ногу в любимом шлепке, от отчаяния негромко ругалась на родном диалекте неизвестного круга ада.
–Дело сделано, господа,–объявила Ланта.–Все свободны.
Стул, на котором она стояла, решил, что он тоже относится к господам, и немедленно провалился.
–Аут,–сообщила эльфийка и удалилась в королевство глюков.
–В наших рядах убыло,–отметила Эзелла и бросила, наконец, заапгрейженные наушники.–Ой, Вайрэ!.. и ты, как всегда, очень кстати. У нас тут намечается тенденция к попытке покинуть сей несовершенный мир…–девушка быстро забрала у Валиэ тарелку блинчиков и поднесла ее к длинному носу Намо.–Просыпайся уже! твоя жена ради тебя полчаса на кухне молодость вспоминала!..
Блинчики, как ни странно, оказались поистине чудодейственное воздействие на организм директора школы. Он сначала повел носом, явно любопытствуя содержимым тарелки… после чего начали убеждаться в том, что жизнь все еще прекрасна, и остальные. Совокупность этих факторов плюс нездоровое оживление более морально стойких участников и заставили Вайрэ вернуться к плите и даже позвать на помощь Ородрета, чтобы обеспечить всех желающих вкусить от щедрот ее…
Блинный день был в самом разгаре, когда Кот Романист вспомнил, что ему никто давно не уделял внимания–удивительно, как он выдержал день напряженной работы без проблеска дружеского участия!–и явился за сочувствием на место скопления своих коллег.
Глаза его пылали в тысячу ватт светом негасимого вдохновения, усы гордо топорщились, а шерсть от воодушевления встала дыбом. Он вбежал, клацая когтями по полу, размахивая толстой пачкой листов, небрежно перехваченной ленточкой, и роняя из нее листы.
Коллеги на это триумфальное явление отреагировали совершенно разнообразным образом…
Вайрэ предложила блинчик и вдеть ремень в штаны.
Кот ответил, что он о таких пустяках не раздумывает. Однако блинчик слопал.
Нолофинвэ засмущался, прижал дергающееся веко на его природное место, и тихонько сообщил, что ремень ему отдать не жалко, но только в обмен на колоду карт. Кот попытался сплутовать и отдал ему "Таро Гластонбери". Нолофинвэ оказался не промах, несмотря на нервный тик, и стребовал с него ту самую, цыганскую, которой они вчера сражались в покер…
После этого писатель пустил слезу, скушал еще восемь блинчиков, запил их водой из-под крана и немедленно написал два листа своей повести.
И, естественно, предложил всем почитать то, что у него вышло…

–Лучше бы меня мне на опыты отдали,–искренне пожелала Эззи несколько минут спустя.
–А по-моему,–кисло возразил Юрист,–вполне неплохо… только я так и не понял, про кого он пишет-то?